Этого должно быть достаточно, чтобы Кевин вернулся к своей обычной жизни выходного дня, а не мчался спасать меня с группой захвата.
Чувствую себя разбитой и невыспавшейся, но, несмотря на это, я рада звонку Кевина. Теперь, когда я не одна, шансы раскрыть тайну убийства Пола Морриса заметно возрастают.
Тянусь всем телом до хруста в позвонках, после чего поднимаюсь с дивана. Вчера я так увлеклась работой у доски, что забыла не только о времени, но и о том, что уже давно могу выйти из образа. А потому сейчас, глядя в зеркало, я вижу помятое лицо медиума Джены с размазанной черной краской возле глаз и красным ободком вокруг рта.
– Черт! – ругаюсь я, начиная салфетками оттирать лицо.
Тишину комнаты нарушает писк телефона.
Новое сообщение от Кевина:
Ему не по пути. Совсем не по пути. Даже при условии, что я бы сейчас находилась в своей квартирке, Кевину пришлось бы совершать приличный крюк, потому как живет он в Джерси-Сити, и для того, чтобы попасть на Манхэттен, он каждый день пересекает Гудзон.
Заботливый Кевин – это мило, это приятно. Но когда он переходит границы, пытаясь контролировать меня, я вновь вспоминаю, почему еще шесть лет назад держала дистанцию в наших с ним отношениях и, не раздумывая, приняла предложение Ника встречаться. Возможно, в те дни я сделала этот выбор отнюдь не из чувства влюбленности, а из-за банального желания воздвигнуть между мной и Кевином стену.
Я опоздала. Когда вхожу в «Грустную панду», то буквально замираю на пороге, пытаясь найти глазами знакомое лицо. Все столики в заведении заняты шумными компаниями. В помещении стоит такой разноголосый гул, что я даже не сразу могу различить приветливое обращение девушки-хостеса.
Когда ей удается перехватить мой взгляд, это кажется настолько неожиданным, что я вздрагиваю.
– Простите, свободных мест нет.
– Ясно, но меня ожидают, – рассеянно бормочу я, продолжая шарить взглядом по залу ресторана.
Кевин сидит за дальней колонной, рядом с пестрой занавеской, вероятно скрывающей вход на кухню, и приветственно машет мне рукой. У меня с губ слетает вздох облегчения.
– Мой друг сидит вон за тем столиком!
Не дожидаясь ответной реплики от девушки, я уверенным шагом начинаю маневрировать между круглыми столами, прокладывая себе путь к цели.
Когда я подхожу к столу, Кевин уже стоит на ногах, он притягивает меня к себе, и на миг я ощущаю легкое покалывание его щетины на своей щеке.
– Рад тебя видеть, – почти шепотом говорит он, глядя на меня из-под нависших бровей. – Второй раз за неделю, я могу привыкнуть.
– Не стоит, ты же знаешь, какой у меня плотный график, – парирую я, неловко улыбаясь.
Покончив с игривым приветствием, Кевин переводит взгляд на мужчину, что все это время сидел за столом, но при этом оставался для меня в тени.
– Знакомься, это мой хороший друг Нортон Клаттерстоун, – представляет мне его Кевин. – А это…
– Дженифер Рид, и, полагаю, я тоже хороший друг Кевина, – говорю я, наблюдая, как мужчина запоздало поднимается из-за стола, протягивая мне руку для приветствия.
На фоне широкоплечего высокого и, более того, одетого во все черное Кевина фигура Нортона кажется какой-то нескладной и тщедушной: взъерошенные волосы каштанового цвета, маленькие зеленые глазки с опущенными внешними уголками, реденькие усы, которые придавали бы мужественности парню-подростку, но никак не взрослому мужчине с заметной сединой на висках. Дополняют нелепый образ ямочки, которые появляются у него на щеках, когда он, улыбаясь, смотритмне в глаза. Однако, несмотря на всю эту очевидную несуразность, рукопожатие у него твердое и быстрое.
– Наслышан, – отвечает Нортон неожиданно низким и глубоким баритоном, после чего снова садится на свое место. – Если я правильно понял, вас заинтересовало дело Пола Морриса. Это довольно неожиданно, учитывая тот факт, что я собираюсь его закрывать. Считаете, тороплюсь?
Еще один сюрприз, к которому я оказалась не готова. Если бы мне пришлось составлять психологический портрет Нортона Клаттерстоуна, опираясь на его внешность и мимику, я бы охарактеризовала его как неуверенного человека, предпочитающего сидеть в стороне и отмалчиваться в беседе, предлагая другим высказаться первыми. А потому, едва взглянув на него, я решила, что легко смогу взять инициативу в этой встрече на себя.
Мы с Кевином тоже садимся за стол. Он на свое место, напротив Нортона, а я в торец стола, оказываясь в самом центре.
Снова оценивающе смотрю на него, пытаясь понять, доводилось ли нам встречаться прежде. Фраза «наслышан» в его устах звучала отнюдь не как комплимент.
– Я так не говорил! – заполняет неловкую паузу Кевин. – Я сказал, что у Джен есть некоторые соображения, которые могут быть тебе полезными. Прекрати эти свои идиотские шуточки.
