После обмена любезностями инспектор официальным тоном вдруг заявил:
– Собственно говоря, я приехал в столь поздний час не без причины. Я хочу кое о чем сообщить вам. – И Хатано покосился на меня.
– Это Мацумура-сан. Вы же знакомы, инспектор. Он мой близкий друг, так что можете говорить при нем что угодно, – подбодрил инспектора Хироити.
– Впрочем, секрета тут нет. Дело в том, что мы нашли вора. Преступник уже арестован.
– Что?! Арестован? – хором воскликнули мы с Хироити. – Кто он?
– Юки-сан, вам знаком человек по имени Котоно? Он живет рядом с вами.
Ага, все-таки Котоно… Читатель, верно, еще не забыл «позолоченного» Акаи?
– Да, знаком. А что?
– У него есть сын, Мицуо. Этот Мицуо – ненормальный. Его держат под замком, и он никогда не выходит из дома. Так что, может быть, вы не в курсе? Мы сами узнали об этом только сегодня.
– Нет, я не в курсе. Так вы говорите, преступник – Мицуо?
– Именно так. Мы взяли его и даже уже допросили. Правда, он не в себе и признания мы от него не добились. Этот Мицуо – удивительный сумасшедший. Он помешан на золоте – просто настоящий маньяк – и тащит в дом все, что блестит. Знаете, когда мы вошли к нему, то рты раскрыли. Комната переливалась, точно алтарь! Позолоченные безделушки, латунная пыль, фольга, просто блестящие вещи – в общем, все то, что похоже на золото, включая позолоченный багет и золотую бумагу. Комната завалена так, что негде ступить.
– Я слышал об этом. Значит, вы говорите, этот несчастный и есть грабитель?
– Да. К бумажнику он не притронулся, а взял только то, что блестит, даже дешевую авторучку. Это же противоречит здравому смыслу! Я сразу подумал, что вор не в своем уме, и не ошибся: он сумасшедший. Это так.
– Ну, а вещи нашлись?
В голосе Хироити я уловил иронию.
– Нет, пока не нашлись. Мы все перерыли, однако в его комнате их не оказалось. Хотя этот псих мог спрятать их где угодно, в самом неожиданном месте. Мы, разумеется, еще раз обыщем весь дом.
– Вы уверены, что в тот вечер Мицуо уходил из дома? И домашние этого не заметили? – Хироити допрашивал инспектора на редкость настойчиво, и тот недовольно поморщился.
– Домашние вроде бы ничего не знают. Однако в тот вечер Мицуо был в дальней комнате и вполне мог выпрыгнуть в окно и незаметно для всех перелезть через забор.
– Так, так… – Тон у Хироити становился все более издевательским. – А эти ваши знаменитые следы – те, что начинаются и кончаются у колодца, откуда они-то взялись? Ведь вы же не можете отмахнуться от них!
– Это допрос? – Инспектор снова покосился на меня и деланно рассмеялся, но чувствовалось, что он просто взбешен. – Не утруждайте себя понапрасну. Для подобных дел существуют суд и полиция.
– Не сердитесь, инспектор. Ведь потерпевший – я, и вам бы следовало сказать мне все.
– Я ничего не могу сказать вам. Ведь вы спрашиваете меня о том, чего мы и сами не знаем. – Инспектор изобразил улыбку. – Отпечатки ног изучаются.
– Значит, неопровержимых улик у вас нет. Есть только одно случайное совпадение – сумасшедший и пропажа золотых вещей из усадьбы, не так ли? – бесцеремонно заключил Хироити. Даже мне стало неловко.
– Случайное совпадение? – Терпеливый инспектор наконец рассвирепел. – Потрудитесь выбирать выражения! Вы что же, считаете, полиция заблуждается?
– Несомненно. – Хироити нанес последний удар: – И арест Мицуо Котоно – возмутительная ошибка.
– Что-о?.. – Инспектор не находил слов, однако из чувства долга все же спросил: – У вас есть доказательства? В противном случае вам не следовало бы делать столь опрометчивые заявления, юноша.
– Доказательства? Сколько угодно! – невозмутимо ответствовал Хироити.
– Интересно откуда! – съязвил инспектор. – Все это время вы провалялись в постели. Как же вам удалось собрать доказательства? Да вы просто бредите! Или наркоз не выветрился.
Хироити расхохотался:
– Что, испугались?! Боитесь, докажу, что вы ошибаетесь?
Инспектор был вне себя. Но противник – мальчишка, к тому же больной, встать и уйти невозможно. На скулах у Хатано вздулись желваки. Он с грохотом придвинул стул к Хироити:
– Ну что ж, выкладывайте. Кто преступник?
Но Хироити безмолвствовал, изучая потолок, видимо, собирался с мыслями.
А ведь и правда, Хироити обмолвился о каком-то подозрительном человеке, но сказал, что настоящий преступник не он. Ну конечно, он имел в виду этого Мицуо Котоно! Вряд ли найдется поблизости второй такой же безумец. Разве что господин Акаи. Уж он-то не менее подозрителен. Я не забыл еще, как он вышел от Котоно весь в позолоте, до кончика носа. Может, они с Мицуо – одного поля ягоды?
