Я пешком прошел через эту грязь, осторожно ступая в глубокие следы, оставленные кем-то, видимо, Лэнгстоном, и вскарабкался по скалистой дорожке к ранчо. Окружающие его поля выглядели свежими и обновленными. Каждый стебелек травы, каждый дубовый листок были отчетливо видны. Небо светилось, и даже разбросанные по нему облака казались плывущими источниками света.
И только творения рук человеческих пришли в полный упадок. Все постройки как-то съежились и уменьшились в размерах на фоне неба, казавшегося огромной искривленной временной шкалой, охватившей своим сводом всю долину.
Следы Генри Лэнгстона вели мимо сарая к развалившемуся дому. Не успел я дойти туда, как он вышел из него со своим спортивным пистолетом тридцать второго калибра в левой руке и обрезом – в правой. На какую-то долю секунды мне в голову пришла дикая мысль, что он намеревается застрелить меня. Вместо этого он дружелюбно помахал мне обрезом и с явным удовольствием произнес мое имя.
– Я нашел орудие убийства.
– В доме?
– Нет. Он забросил его в реку. Когда я подошел, то увидел, что из грязи торчит наполовину отпиленный приклад.
Я взял у Хэнка из рук обрез и разломил его надвое. В
казеннике торчали две пустые гильзы. Короткие отталкивающие стволы были забиты грязью.
– И никаких следов Дэви?
Хэнк покачал головой.
– Я думал, что он вернется сюда, на ранчо. Мне казалось, это как раз то самое место, которое он искал. Но я ошибся.
– Где группа преследования?
Хэнк показал на северо-восток, в сторону гор. Над ними висели черные тучи, набухшие по краям и готовые пролиться дождем.
– Они там, наверное, застряли, – сказал он с оттенком удовлетворения.
– Хэнк, ты не хочешь, чтобы его поймали, ведь так?
– У меня к Дэви двойственное отношение. Разумеется, я хочу, чтобы его задержали. Он опасен. Но не хочу, чтобы его застрелили без суда. Не забывай, что есть смягчающие обстоятельства.
Я знал это. Это была одна из причин, по которой я продолжал расследование дела. Спасти Дэви от обвинения в убийстве первой степени шансов было мало, но я надеялся, что Сэнди еще можно было уберечь от тюрьмы.
– Уедем отсюда, – сказал я. – По пути сюда я останавливался в Санта-Терезе и говорил с твоей женой по телефону.
Хэнк быстро бросил на меня виноватый взгляд.
– С Кейт все в порядке?
– Не совсем. Беспокоится за тебя и за себя тоже.
– Что с ней?
– Возможно, просто нервы. Сказала, что не желает говорить мне, потому что я не врач.
– Боится выкидыша, – мрачно пояснил он. – У нее было кровотечение незадолго перед тем, как я уехал вчера ночью.
Широкими шагами он прошел мимо сарая к дороге. Из сарая вылетела сова, раскрыв широкие глаза на своем изумленном лице. Хэнк выстрелил в птицу из своего спортивного пистолета. Он не попал, но мне все равно не понравилось то, что он сделал. Это напоминало мне выстрел Лупа в цаплю.
В Сентервил мы приехали каждый на своей машине.
Хэнк остановился перед баром Эла Симмонса. Когда я вошел туда вслед за ним, он уже говорил по телефону.
– Соедините, пожалуйста, с оплатой по номеру вызова.
Моя фамилия Лэнгстон.
Последовало долгое молчание, прерываемое гудками на другом конце провода и бормотанием радио – на этом.
Эл Симмонс перегнулся через стойку.
– Еще какие-то неприятности?
– Надеюсь, что нет.
И, словно второй ответ на вопрос Эла, раздался голос телефонистки:
– Ваш номер не отвечает, сэр. Набрать еще раз?
– Спасибо, я сам позвоню. – Хэнк положил трубку и повернулся ко мне. – Должно быть, поехала в детский сад за сыном. Хотя вообще-то рановато.
Он вдруг резко шагнул к двери, словно его толкнули в спину или с силой дернули вперед. Меня остановил Эл
Симмонс:
– Что у вашего друга на уме?
– Беспокоится за жену.
– Из-за этого убийцы?
– Да.
– Думаю, что многие теперь не заснут спокойно. Всю северную часть округа взбаламутил, если хотите знать. По радио объявляли, что он проголосовал и его подвезли на каком-то грузовике.
– В каком направлении?
– На юг. Водитель грузовика сказал, что высадил его в
Санта-Терезе.
Я вышел на улицу, чтобы сказать об этом Хэнку. Его фургон уже с ревом поднимался вверх, к перевалу. К тому времени, когда я достиг вершины, он был далеко внизу, на серпантинной дороге, карабкаясь, словно блоха, по изборожденному изломами горному склону.
Может, мне и следовало остановиться в Родео-сити. Но беда была в том, что я не верил в способность Пэннела принимать правильные решения. Если предположить, что
Дэви укрылся в доме Лэнгстонов, то меньше всего хотелось бы устраивать перестрелку, в ходе которой могли пострадать невиновные.
Выехав на скоростное шоссе и миновав преграду, установить которую Пэннел приказал слишком поздно, я увеличил скорость до девяноста миль в час25 и не снижал ее, пока не достиг пригородов. Спустившись вниз по первому же склону, я остановился неподалеку от дома Лэнгстонов.
Фургон стоял на проезжей части, из-под капота валил пар. Хэнк уже подбегал к дому с пистолетом в руке. Он крикнул:
25 150 км в час.
– Кейт! Все в порядке?
