Посмотрев на это диво-дивное, а также приметив отдельно стоящую огромную гору с экскрементами, что по своему обыкновению организовали сотни, если не тысячи жильцов-паукомяков, Зефир решил опять отказаться от сомнительной затеи копания в дерьме в поисках ползучего вереска. Еще немного понаблюдав за деловитыми хомяками, командир повел группу обратно в Перекресток, так как припасы к этому времени уже подходили к концу.
Дорога до города была небогата на приключения, кроме, конечно, попытки ограбления ближе к концу пути. Так, пробегая по тракту мимо двух небольших рощиц по обе стороны дороги, Зефиру приспичило сходить до ветру. Однако стоило команде остановиться, как с правой стороны выбрались пять субъектов криминальной наружности. На вид они были сущими неудачниками, что можно было понять по их дрянному вооружению и такому же дрянному оснащению. А вел этих придурков одетый в потасканную меховую накидку щербатый мужик с, в буквальном смысле, звериными глазами, в которых можно было заметить вертикальный зрачок.
— Сдавайте все ваши вещи и припасы, если не хотите помереть, — проговорил он, а в подкрепление его слов двое лучников из банды навели оружие на группу.
Зефир, раздраженный тем, что его отвлекли от важного дела, уже хотел было разобраться с ними по-плохому, но в этот самый момент произошло нечто неожиданное — Шаловливая дорога дала о себе знать, а пятерка противников схватилась за животы. Спазм, по-видимому, был очень мощный, так как все бандиты попросту выронили оружие и застонали в скрюченной позе, а командир и чернявый переглянулись, потому что как-то очень выборочно тракт шибанул своей особенностью.
Вообще, это был первый раз, когда Зефир видел проклятье Шаловливой дороги в действии. До этого он в основном только слышал всякие разные истории на этот счет, но с группой еще ни разу ничего подобного не случалось. И вот теперь такая наглядная демонстрация.
— Мне даже убивать их расхотелось, — высказался лидер группы, смотря, как корчатся мужики на плитах под ужасную вонь и соответствующие звуки.
— А они потом Веселину с Ночкой прирежут или совсем уж доверчивую Смилану с девчонками, — голос напарника был очень скептичен, да и резон в его словах был.
— Н-да, прав ты, друг, — цыкнул Зефир. — Вот только гложут меня сомнения, как-то очень выборочно они все за животы схватились сразу после того, как захотели нас ограбить и, видимо, убить.
— Ну давай тогда им правые руки сломаем так, чтобы даже зелье не помогло, — выдал идею задумавшийся на несколько секунд Леопольд.
В общем, незапланированная остановка продлилась еще минут десять, прежде чем, посадив енота на плечо, парни почесали по тракту дальше к городу, встретившему их еще одним странным зрелищем — к коленке огромной статуи Всемогущей Бойни, у той самой ноги, стоявшей на спине простершегося ниц человека, пристал огромный деревянный корабль, что буквально висел в воздухе. Эту новую достопримечательность Зефир заметил не сразу, пока Леопольд с открытым от удивления ртом молча не тыкнул в нее пальцем.
Кстати, люди никакого внимания на летающую посудину не обращали. То ли привыкли, то ли это было нормальным явлением для Перекрестка, поэтому снедаемый любопытством командир остановил какого-то проходящего мимо мужичка и поинтересовался, что происходит. В итоге оказалось, что это корабль культа Всемогущей Бойни. Они не то чтобы часто, но все же время от времени курсировали по небу, прилетая откуда-то с запада. Поглазев еще немного на удивительную картину, команда двинулась к таверне.
…
Следующие пару дней прошли в делах, во всяком случае у Зефира. Он, вооружившись стройматериалами, разобранной мебелью и инструментами, курсировал между таверной и Лакомкой через диск, поставленный в комнате, постепенно превращая их новое убежище во что-то приемлемое. А так как и Леопольд, и Брут наотрез отказались ему помогать, то делал он это в одиночку. По итогу его работы в живой пещере появились: три кровати, небольшой столик с табуретками, ящики с долгохранящимися продуктами и разнообразными припасами, бытовые мелочи и посуда, а также небольшой арсенал.
Конечно, проблема слюней никуда не ушла, и каждый раз командир был мокрым, словно его вылизывала мама-кошка, однако какого-то сильного отторжения у него на эту тему не было. И на второй день, когда со всеми намеченными делами было покончено, он, хорошенько вымывшись, присел отдохнуть в общем зале таверны. Заказав себе немного еды и выпивки, Зефир принялся ждать заказ, когда к нему подошел скучающий Ясо.
— Присяду? — спросил трактирщик.
Время было раннее, поэтому дел у владельца таверны особо не было, отчего он решил поточить лясы с одним из самых незаурядных постояльцев, которые у него когда-либо останавливались. Вообще, вся команда этих новоиспеченных искателей, по мнению Ясо, была довольно уникальна, чего только разумный енот стоил, но все же Зефиру он симпатизировал больше всего.
— Конечно, — кивнул в ответ парень.
