— Я бы не стал тебе врать. Я не стал бы с тобой спать и сбегать среди ночи.
Кейт охватила ярость, и она не без труда взяла себя в руки.
— Я никогда тебе не лгала…
— Ты мне не верила. Ты мне не сказала…
— Я спасла тебе жизнь, — встав, Кейт тряхнула головой. — Что сделано, то сделано. И закончено.
— И ты поступила бы так же снова?
Кейт сдержала желание ответить.
— Отвечай!
Она уставилась на него, и Дэвид посмотрел на нее волком. Он так переменился. И все же он тот самый, кого она…
— Да, Дэвид. Я поступила бы так же снова. Ты здесь. И я здесь. Мы оба живы…
Ей хотелось сказать еще кое-что, но она не могла этого сделать, пока он смотрел этим ледяным мертвенным взором.
— Я не потерплю под своим командованием человека, который мне не доверяет.
— Под твоим
— Именно так.
— Что ж, вот и прекрасно, потому что я отнюдь не рвусь вступить в армию или в другую чертовщину, что ты тут затеял.
Послышался стук в дверь, и для Кейт он показался благословенным, как глоток воды для умирающего. Она открыла рот, но Дэвид перебил ее:
— Неподходящий момент…
— Это Камау. Дело срочное, Дэвид.
Отбросив простыни, Дэвид и Кейт взяли свои вещи и оделись, повернувшись друг к другу спинами. Вэйл бросил на нее холодный вежливый взгляд и, когда Кейт кивнула, открыл дверь.
— Дэвид… — начал Камау.
— Что…
— Насчет старика.
— Что с ним?
— Он мертв.
Дэвид оглянулся на Кейт. Лицо его мигом переменилось, непримиримость как рукой сняло. Женщина увидела симпатию и того самого человека, которого полюбила. Ликование вспыхнуло в душе, вопреки боли, причиненной словами Камау. И только потом нахлынул шок: да, лицо у Мартина было обожжено, но пострадал он не так уж и сильно. Неужели лекарство Чанга от чумы внезапно прекратило действовать? Что же Кейт делать без него? Она так ни разу его и не поблагодарила. Какие последние слова она ему сказала?
— Спасибо, что… сказал нам, — промолвил Вэйл.
— Ты должен прийти сейчас же, Дэвид. И вооружись.
— Зачем?
Камау оглянулся, чтобы убедиться в отсутствии чужих ушей.
— По-моему, кто-то его убил.
Мартин мирно покоился на белом кожаном диване в помещении верхней палубы.
Присутствовали все: Кейт, Дэвид, Камау, Шоу и двое ученых, Чанг и европеец, наконец-то представившийся как доктор Артур Янус. Кейт смотрела на Мартина добрую минуту, прежде чем пересечь комнату и опуститься рядом с ним на колени. Она пыталась обуздать нервы. Мартин практически заменил ей отца. Он не очень годился для этого, но искренне старался. И почему-то от этого Кейт становилось еще тяжелее. Она пыталась собрать разбегающиеся мысли. Нужно было взять себя в руки и сосредоточиться.
Слова Камау все звучали в голове: «По-моему, кто-то его убил».
Никаких следов борьбы она не обнаружила. Проверила его ногти. Ни кожи, ни крови. Несколько синяков и ушибов, но относительно давних, полученных во время бегства с чумной баржи. Когда Камау доставал его из воды, Мартин выглядел точно так же. Кейт посмотрела на африканца, спрашивая взглядом: «Ты уверен?»
Тот лишь едва заметно кивнул.
Кейт ощупала шею Мартина. Да… Чуть подвигала его голову, проверяя, насколько свободно та движется. Кто-то сломал ему шею… У Кейт перехватило дыхание. Тот, кто это сделал, находится в этой комнате и в эту самую секунду смотрит на нее.
— Кейт, искренне сочувствую насчет Мартина, честное слово, — начал Шоу. — Но нам пора покинуть судно и трогаться в путь. Здесь вам угрожает опасность.
Неужели Шоу тоже это заметил? Знает ли он?
— Она никуда не пойдет, — отрезал Дэвид.
— Нет, пойдет, — стоял на своем Шоу. — Сейчас же сообщите, куда вы нас везете, и я позабочусь, чтобы кто-нибудь нас эвакуировал.
Пропустив его слова мимо ушей, Дэвид шагнул к Кейт.
— Эй, я с вами разговариваю! — Шоу схватил его за руку.
Резко развернувшись, Вэйл толкнул его, так что Шоу чуть не упал на палубу.
— Еще раз прикоснешься ко мне хоть пальцем, и я вышвырну тебя за борт.
— Зачем ждать? Можете попробовать прямо сейчас.
Камау шагнул вперед, встав за спиной у Дэвида, чтобы дать Шоу понять, что их будет двое против одного.
— Ладно, хватит тестостероном мериться, — Кейт бросилась между мужчинами, схватила Дэвида за руку и потащила прочь.
— Спасибо, сэр, что спасли меня, — поблагодарил пилот.
Отрезав ножом кусок жареного мяса, Дориан начал уплетать его за обе щеки.
— Не стоит об этом упоминать. Я серьезно. Никому ни слова.
— Есть, сэр, — помявшись, ответил пилот.
Какое-то время они ели в молчании, пока лучшие куски не оказались съедены.
— Это напоминает мне, как мы ходили с папой в поход, когда я был мальцом.
Дориану хотелось, чтобы этот мягкотелый недоносок или заткнулся, или вырубился. Снова посмотрел на его рану, на признаки инфекции. Он определенно останется без ноги… если вообще дотянет до утра. И что-то в этой мысли заставило Дориана ответить:
