– Габриэль? – предположила она. – Это могла сделать его девушка.
– Она на тот момент уже лежала в больнице. Это тоже подтверждено документально. А вот Элайджа Кларк в деле о лже-Полли и чумных костюмах засветился. И он не похож по составленным по описанию портретам на Ришара. Я встречался с Ришаром и видел портреты Кларка. Это разные люди.
Вик задумалась:
– Тогда ладно. Вычеркиваем Ришара из уравнения. Хотя он идеально ложился в картину.
Она встала и принялась задумчиво ходить по террасе туда-сюда – все равно они здесь сидели в одиночестве. Потом она повернулась к Дрейку:
– Тогда я глупа, как пробка!
– Вик…
Она отмахнулась:
– Не надо меня утешать! Я видела записи с именами тех, кто брал книгу. Если Ришар мимо, то с кем тогда общался Мюрай?
Дрейк пожал плечами, и Вик качнула головой. Кажется, он знает, но молчит.
– Я упустила из виду один очевидный факт. Бину не надо было брать книгу! Он и так регулярно сидел в библиотеке! Только зачем же он лгал в дневнике, что отказался от предложения Жабера? Как я уже говорила: Бин того, кто предлагал ему разбогатеть, называл Жабером. Я думала, это из-за инициалов Ришара.
Дрейк предположил:
– Может, Бин боялся, что его вычислят, и заранее подстраховался записями, что он ни при чем?
Вик тут же хищно отозвалась:
– Сжечь дневник – не вариант?
– Ему показалось, что нет. Иногда и пепел говорит.
Вик покачалась с носков на пятки.
– Может… может, Бин спелся с Кларком, когда тот пообещал куш больше, чем Мюрай? Знать бы еще, что именно было известно Кларку. Про потенцит? Про штольни? Зачем тогда Бин спрятал книгу?
– Выбирал, кому выгоднее продать карту, Мюраю или Кларку, – предложил свой вариант Дрейк. – Учти, каким бы злом ни был Мюрай в твоем расследовании, он не способен в одиночку добыть потенцит и переправить его в Вернию.
– Ага-а-а… Тогда Кларк – контрабандист или шахтер… Впрочем, последних в Аквилите нет. Точно контрабандист.
– Или строитель железнодорожных тоннелей – ты забыла о них.
Вик чуть не подпрыгнула на месте и вернулась за стол.
– Точно! Дрейк, ты умница!
– Я уже просил не подогревать во мне костер тщеславия…
– Ты говорил о гордыне, я точно помню.
– Тогда за мной еще один грех.
Вик не удержалась от смешка. Она выбрала кусочек рыбы и спешно закинула его в рот. Дрейк понятливо продолжил за нее:
– Инженер или проходчик тоннелей. И тот и другой разбираются в горных породах, и тот и другой во время работ могли заметить в бокситах примесь эленита. Проблема в том, что тоннель не проходит через штольни кера Клемента. Он проходит через Поля памяти.
Вик вздохнула:
– Значит, жила самородного потенцита в Аквилите не одна, и обнаружена она была гораздо раньше кражи в музее. А карта кера Клемента из библиотеки нужна была, чтобы найти пути транспортировки в Вернию… Значит, сейчас все упирается в поиски Кларка. Это он, получается, принес чуму. Он явно неместный, явно не верит в Полли. И он бывал в библиотеке. Надо поднять записи… Ох, там же был пожар! Сокрушитель, и ведь времени нет на его поиски!
Она отправила в рот гриб, на который положила кусочек хлеба, пропитанный соусом. Проглотив, она резюмировала:
– Ну и пусть катится в пекло! Сейчас важнее спасти город.
Дрейк, мрачно захрустев очередным леденцом (пакет уже был пуст), спросил:
– Ты серьезно настроена идти к Полли?
– Ты сам говорил, что ее можно спасти. Это твои слова, Дрейк.
Она оторвала кусочек хлеба, но так и не смогла выбрать соус – рука начала предательски подрагивать.
– Тогда нам понадобится противочумный костюм. Ты справишься с ним? Тебе хватит сил, Вик?
Она все же призналась, хотя не понимала, как Дрейк сам не пришел к такому очевидному выводу:
– Мне противочумный костюм не нужен, Дрейк. Я уже заражена чумой.
– На тебе нет проклятийных плетений. Поверь, я мастер, я бы такое не пропустил.
Она посмотрела ему в глаза.
– Дрейк, а банальное заражение… как там… воздушно-капельным путем ты не берешь в расчет? Я даже не знаю, в какой стадии болезни нахожусь. Может, я уже даже тебя заразила.
– Это вряд ли… В любом случае я иду без костюма, иначе Полли меня не увидит.
– Дрейк, ты уверен? Ты тут годами жил и ничего не делал…
Он признался:
– У адер Вифании и Манон возрастной артрит, они бы не выдержали путь до Полли. Мне нужен напарник. Один я не справлюсь, Вик.
Она поняла.
– И тут я.
Дрейк кивнул:
– Кстати, адера Вифания не раз говорила, что напарник сам найдет меня. И ты нашлась. Правда, я боялся, что то, что мы из разных Храмов, помешает нашему сотрудничеству.
– Умирать за меня не позволю, – напомнила Вик.
– У меня хорошая память, Вик. Учти, за меня умирать тоже не надо… Ты не сказала ничего о поисках своего жениха.
– Я… вот… Дрейк, зачем, а?! Я так хорошо держалась!
Слезы все же потекли. Вот куда делась вся понятливость Дрейка?.. Он взял ее за руки, и по ним потекло тепло.
– Вик, прости…
Ужасающе хлюпая носом и не в силах даже вытереть слезы, Вик пробормотала:
– Полли и город важнее. Эван… он справится сам… И он тоже где-то в катакомбах, я так понимаю, потому что на поверхности этих ваших сияний…
– Возмущений.
– Возмущений, – покорно исправилась она. – Там эфира от потенцита нет.
