Беспорядки начались и в больнице. Больные, те, что могут двигаться, стали что-то требовать, буянить, пришлось применять силу. Наряд бойцов спецназа Росгвардии постоянно дежурит в холле, пока обходились без стрельбы, работали руками, ногами и прикладами. Зрелище отвратительное, мне, как медику, противно вдвойне, но действие возымело. Комендант приставил двух бойцов ко мне лично, велел им охранять меня и выполнять все приказы. Совсем молодые парни, срочники. Их фамилии я не запомнил, называю просто Толстый и Тонкий. Они в самом деле так выглядят, один высокий и худой, второй чуть ниже, но с широкой костью и даже небольшим пузом, непонятно, как в спецназе оказался. Надо сказать, что парни толковые и, что более важно, со стальными нервами. Постоянно сопровождают меня, оружие держат наготове.
Видимо, патроны в столе остались от этих солдат. Возможно, и мутантов расстреляли они же. Артём пролистал несколько страниц, заполненных медицинскими терминами.
Восьмое сентября. Город окончательно потерян, живых людей не осталось, все умерли, увезены в лагеря, либо находятся у нас. Новых поступлений пока нет, всего числится четыреста тридцать пациентов и двадцать два медика. Ещё остались военные, те, кого не достала (или пока не достала) болезнь. Толстый и Тонкий по-прежнему при мне.
Дальше начались записи, которые и были интересны Артёму. Профессор, перелопатив гору материала, сделал вывод, что болезнь меняет генетический код человека. Иногда изменения смертельны, в других случаях всё проходит не так однозначно.
Из множества типов мутаций, которые мне удалось наблюдать, наиболее интересными являются мутации типа Е и Н. Первый случай мы разрабатывали сами, благо, есть временной лаг, развиваются они медленно. Симптомами являются головные боли, боли в костях, характерные пятна на коже. Сама кожа, спустя две недели после появления болей, начинает грубеть и теряет нервные окончания, при этом наблюдается повышенный тонус мышц, человеческая психика сохраняется долго, но первые приступы агрессии наблюдаются и на ранних сроках. Один такой пациент был переведён мной в изолятор, где его держали связанным. Пока он мог говорить, жаловался на боли и чувство голода, регулярно пытался укусить медика, к счастью, те были предупреждены. Его обильно кормили белковой пищей, недостатка в питании нет, военные пригнали несколько грузовиков с консервами. Наличие пищи ускоряет изменения организма, недостаток, соответственно, замедляет, но остановить их невозможно.
У Артёма по коже бегали мурашки. Сейчас ему описывали процесс превращения заражённого человека в зубастого мутанта.
