Десятое ноября. Прилетел вертолёт. Нескольких пациентов забрали, их я объявил полностью здоровыми. Попробовал подсчитать процент выживших. Получалось плохо. Опять же, мне неизвестны результаты из других мест. Выходило, что с надлежащим лечением выживают менее одного процента. Без лечения – гораздо меньше. Представить не могу, сколько людей потеряли от нехватки лекарств и не вовремя оказанной помощи. Да и тех, что улетели, я бы не назвал здоровыми. Допускаю, что болезнь вызвала некие изменения, каковые при отсутствии видимых признаков невозможно определить, соответствующей аппаратуры у нас нет.
Пилоты не сообщили никакой новой информации, всё то же: движение материковых плит, новые территории, новые существа (без подробностей), изменения климата. Насчёт последнего полностью согласен, ибо, несмотря на календарную дату, погода стоит летняя, температура держится в комфортном диапазоне от пятнадцати до двадцати пяти градусов. Уже улетая, сообщили, что вакцина будет на днях, и нам её обязательно доставят. Надеюсь на это. Пациентов осталось шестьдесят два. По моим расчётам, спасти получится не больше двадцати, остальные либо умрут, либо мутируют.
Несколько страниц Артём пролистал, там описывалась рутина, они лечили больных, хоронили умерших, обивались от мутантов.
Второе декабря. Прислали вакцину, несколько доз, расчёт на то, что примут её исключительно медики и охрана. Впрочем, инструкция чётко утверждала, что принимать можно только до появления первых симптомов. Тут же сообщалось, что болезнь рано или поздно настигнет каждого, природного иммунитета к ней не бывает. Что же, шесть доз в наличии, без симптомов я, моя охрана, две женщины и наш неадекватный патологоанатом. С последним я разговаривал, предлагал отправиться в эвакуацию, но он отказался. В глазах пустота, человек на грани сумасшествия. Делать уколы вакцины буду по очереди, неизвестно, каково побочное действие. Начну с Толстого и Тонкого, они молоды и здоровы, всё должно пройти легко.
