Я свалился на песок и улыбался, глядя на звезды. Мне срочно нужна была компания, и ее составил призванный иглокол.
– Плюс шестьдесят четыре уровня, – сообщил я Игги, мерно тарахтящему рядом. – Мне бы плясать от радости, вот только сил на это, боюсь, уже не хватит…
Питомец присвистнул, а я, засыпанный горой поздравлений, отмахнулся от всех предложений обнародовать имя и нехотя поднялся, чтобы собрать лут.
Ничего особенного не нашел: мясо, всякие когти, кровь, яды, клыки да горсть золотых монет. Раздолье для ремесленников.
Босса, как и тех, кто восстал зараженным, полутать, к сожалению, не удалось. Внутренний хомяк устроил жуткий скандал, не говоря уже о жабе, стиснувшей мне глотку загребущими лапками, и я зарекся заражать боссов. Сделал себе огромную зарубку на будущее: сначала лут, потом поднятие
Мой убитый, то есть поломанный, мехастраус к этому времени восстановился, что позволило призвать его и, оседлав, двинуть к месту силы. Армия мертвецов последовала за мной.
Отказываться от боев я больше не собирался. Эти страхолюдные твари, ставшие моими прислужниками, загрызут кого угодно. Особенно бывший босс Акулон и пустынник, которого я назвал Зубастиком. Акулон, кстати, начал потихоньку обрастать панцирем.
Я мог бы пойти пешком, но очень уж не терпелось добить 10-й уровень верховой езды и полетать на собственном драконе!
По дороге случилось еще несколько схваток, что подняло уровень до 108-го – такого фонтана опыта, как на Акулоне, больше не было. Я первым агрил мобов, чтобы восстановить
Мы успели. До полуночи добрались до места силы, где из-под песка пробивались изъеденные ветром и песком верхушки каменных колонн. Локация определялась системой как обособленная, и я получил достижение первооткрывателя.
