Чумной мор полностью

Мы отпрянули, а наемники взялись за дело. Дриада прошептала заклинание, и Шазза обездвижили вырвавшиеся из земли корни. Кентавр, стоявший к врагам ближе всех, вскинул копье и резким движением проткнул сразу двух зомби. Орк прорычал несколько команд, и наемники вступили в бой.

Чувствуя, как колотится сердце, я на секунду приоткрыл профиль, чтобы убедиться: бой начали мы. Талант Утеса не активировался.

Орк, на ходу круша черепа тяжелым молотом, разметал нежить на лестнице и в мощном прыжке смертельным метеором обрушился на мертвяков у подножия. Оказавшись ближе всех к личу, он сделал Рывок к боссу, но на половине пути споткнулся о выросшие из-под земли костяные руки и рухнул. Пальцы мертвецов тут же оплели его тело, не давая подняться. На помощь лидеру бросился кентавр: прыгнув в наседающую массу мертвецов, разбил копытами пару трухлявых грудных клеток, броском копья пригвоздил лича и начал помогать Ксерозоку подняться.

Дриада встала на носки, вытянулась в струнку, подняла руки и запела на незнакомом языке. Волны целительной энергии кругами пошли от нее, накрывая как нежить, так и своих: одних исцеляя, других убивая. Дриада кружилась, медленно передвигаясь ближе к противникам. Рядом, прикрывая ее нежное тело, скалой возвышался минотавр.

Их соратник, тролль-шаман, затанцевал, не сходя с места, и от его фигуры отделились призрачные копии. Удаляясь от тролля, они набирали самоубийственную скорость и с хрустом врезались во врагов.

От трех десятков скелетов и зомби через пару минут остались разбросанные кости, ошметки гниющей плоти, отрубленные головы и конечности.

Лич, освободившись от копья и приковав к земле орка с кентавром, поднялся в воздух и воздел руки. От его скрюченных пальцев потекли струйки чумной энергии. Кости скелетов стали формироваться в тела Костяных гончих, а плоть и кровь зомби собралась в три кучи, сливаясь воедино, словно ртуть, – появились три Поганых тошнотища. Из остатков крови и сгустков слизи собрался Очаг чумы. Лич не сдавался.

Уровень новых мобов был выше, чем у предыдущих. Тошнотища поднялись до 300-го, гончие – до 290-го. Минотавр замычал, содрогая колонны храма, и привлек агро на себя, но нежить, двинувшая к нему, повиновалась неслышимым командам лича и изменила направление в мою сторону. Шазз не терял надежды прикончить именно меня. Дался я Чумному мору! Я физически не мог выполнить его задание, потому что был забанен, и моя вина скорее в том, что я и так планировал сорвать прорыв.

Сообразив, что нежить не среагировала, минотавр одним высоким прыжком сократил расстояние, преградил ей путь и ударил кулаком оземь. Расходящиеся волны вибрации парализовали мобов. Орк и кентавр тем временем освободились от сдерживающих рук мертвецов, перерубив и раскрошив лезущие из земли конечности в костяную пыль.

Кентавр атаковал первым – врезался копьем в замершую нежить. Следом – орк. Дриада с троллем ударили по чернильным пятнам Очагов чумы заклинаниями. Ни один из новых мобов не погиб сразу, но несколько ударов – и сложилось первое тошнотище, потом второе и третье. Кентавр раздробил гончих в пыль, а чумные очаги высохли под магическими ударами дриады и тролля. Лич остался один.

Я приготовился. В голове за время боя сформировалась идея выйти из группы, когда жизнь босса упадет до минимума, и под Уравнителем долбануть в него стрелой с максимальным зарядом возмездия. Накопленной энергии должно хватить, чтобы уложить Шазза и оторвать свою долю опыта, а может быть, и достижений.

Свалив всех прислужников, наемники собрались у подножия лестницы и приняли боевой порядок: впереди танк, позади маги, прикрываемые милишниками – воином-орком и копьеносцем-кентавром. Краулер, стоявший рядом, спросил:

– Думаешь о том же, о чем и я?

– Наверняка. На половине жизни лича выходим, все равно талант Утеса не сработал. Собираем свою группу и атакуем всем, что есть. С этой системой расчета опыта сам черт ногу сломит, так что попытайтесь хотя бы разок зацепить.

– Пульну из арбалета, – сказал Бомбовоз. – К боссу, боюсь, ни мне, ни Утесу не подступиться…

Проклятого лича тем временем окружили вгрызшиеся в него наемники. Шазз вертелся как уж на сковороде, отмахиваясь от ударов, колдуя, обездвиживая и насылая проклятия. Его жизнь медленно, но верно ползла вниз. Он уже лег бы, но временами, возможно, по откату, взмывал ввысь и там почти безнаказанно, если не считать обстрела магами, регенерировал, всасывая мертвую энергию погибших мобов.

Утес прикинул расстояние до драки и счел нужным сообщить:

– У меня метательные ножи. Но надо подойти поближе, дальность – метров десять всего…

– Пора, – перебил Краулер. – Выходим из группы!