Лицо капитана отразило сначала непонимание, потом ярость. Он схватил ее за веревку, которой были связанны ее запястья, толкнул в море. В последний момент рванул на себя, так что та едва устояла на бортике. Суставы едва не вывернулись от такой нагрузки. Ванесса с трудом сдержалась от стонов, ругательств и всхлипов, звуков, способных выдать любое проявление слабости.
— Тебе действительно плевать на то, что я могу с тобой сделать? — Его испепеляющий голос звучал над самым ее ухом.
Несколько секунд было сравнительно тихо.
— Очень мягко говоря. — Процедила девушка.
— Почему?
— Потому что я уже потеряла все, мать твою! Последний дорогой мне человек умер неделю назад, у меня нет ничего, ни друзей, ни родных, ни дома, ни денег, вообще ничего, кроме тех вещей, которые Филипп оставил мне на память! А теперь проваливай вместе со своими шакалами и оставь меня одну, чертов пират!
— И ты не признаешь ничью власть, ни перед кем не встанешь на колени?
— Да будь ты хоть сто раз Бессмертным…
— Но у тебя ведь еще осталась твоя жизнь.
— И ты предлагаешь быть твоей служанкой? Быть рабыней всю жизнь и ложиться под тебя по ночам? — Ванесса задыхалась от злости. — Да я скорее сама себе горло перережу, чем буду служить такому ничтожеству, как ты! Жалкому, поганому шакалу, убивающему других ради денег и удовольствия! Слушай меня, пират, ты закончишь жизнь на петле! Жил, как шакал, и сдохнешь, как собака.
Капитан мрачно смотрел на нее. Ванесса уже еле дышала от ярости, не отрывая взгляда от глаз капитана. И тут она поняла, что в них кое-что изменилось. Когда пират схватил ее в трюме, этого не было. Не было молочно-белого свечения изнутри его темных карих глаз.
— Как хочешь. — Сказал он и толкнул ее с борта в море.
Не долетев до воды, Ванесса почувствовала страх долететь до дна. Тут же этот страх подхватил ее тело и вырвал из кошмарной реальности. Еще секунду она видела обрывки: исчезающее море, акулы, исчезающий корабль. А потом все исчезло и остался только страх, побуждающий к действию…
Непередаваемо правдоподобный кошмар закончился, когда Ванесса вскочила с постели, гонимая страхом. Она поняла, где находится, и к ней пришло облегчение. А вместе с ним и горе.
Сердце продолжало натужно биться даже спустя время. Девушке редко снились сны, способные посоперничать с реальностью, но этот был как раз из таких. И нужно было, чтобы он оказался кошмаром! Все-таки Ванессе было страшно. Пусть во сне она вела себя храбро перед капитаном, пусть совершенно искренне собиралась умереть, лишь бы не попадаться ему в лапы, липкий страх пережитого кошмара не отпускал ее. Сначала девушку даже трясло, но это быстро прошло. Спустя где-то полчаса времени, проведенного лежа в абсолютной темноте, Ванесса более-менее успокоилась. Но страх и беспокойство ее не отпускали. Они держались за нее, как морские желуди за днище фрегата, даже не думая куда-то исчезать. Это начало ее раздражать и пугать еще больше. А потом возникло навязчивое ощущение, что кроме нее в комнате кто-то есть. Или вот-вот появится.
«Бред, — говорила она себе, — у тебя разыгралось воображение. Это все остатки стресса, и после всего, что произошло, у тебя развилась паранойя».
Ванесса лежала в тишине, чувствуя, как громко бьется ее сердце. Вставать с кровати почему-то было боязно. Может, потому, что вокруг было темно, хоть глаз выколи, и темнота вместе со страхом давила на нее… Погоди-ка…
Догадка появилась внезапно. От нее в груди похолодело.
«Какого черта тут темно? Когда я читала письмо Филиппа, свечи горели. Почему они погасли?»
А сколько я спала?
Вторая мысль точно сняла гору с ее плеч. Ну конечно. Она всего-то спала слишком долго, свечи догорели и потухли. Стыдно не додуматься до этого сразу…
Она встала с кровати, все еще ощущая, как тьма давит на нее. Однако страх уже был ей подконтролен и не руководил ею, тень кошмара уже была достаточно далеко. В темноте Ванесса на ощупь нашла трутницу, рукой нащупала свечи… Которые не догорели. Что-то их погасило. Сквозняка в каюте нет, что тогда? Может, Эрик заходил, увидел, как дочь его бывшего капитана спит, и погасил свечи?
Только от трутницы вспыхнула последняя свеча, что-то мягко ткнулось ей в ногу. Раздалось мяуканье. Девушка опустила взгляд вниз и увидела черного зеленоглазого кота. Невероятно ей знакомого.
— Привет, котик. — Она с легкой улыбкой взяла его на руки. На это раз удивление было приятным. — Как ты здесь оказался? Все-таки забрался на корабль раньше нас?
