Палыч вошел в квартиру, запер дверь на засов, посмотрел на меня заговорщицки и, взяв за руку, повел в кухню
- Нинка-то твоя жаднющая, да, слава богу, без царя в голове, а Игнат Мартыныч мужик обстоятельный, любимую внучку без копейки не оставил. Бери табуретку, полезай наверх.
- Куда? - удивилась я.
- В темнушке, на верхней полке, за ящиком тайник. Полезай, да пошарь там, ручку нащупаешь. Со старых времен тайник, не знаешь, так ни в жизнь не найдешь.
Я влезла на табурет, принялась впотьмах шарить рукой и в самом деле обнаружила в стене металлическую скобу, потянула ее и сунула руку в тайник.
- Ну что? - спросил Палыч удовлетворенно, - Нашла?
- Нашла, - кивнула я, передавая ему два свертка в старых наволочках. В одном были бронзовые часы, в другом статуэтка из мрамора.
- Там и адрес есть, куда отнести, за большие деньги у деда эти вещи просили, для тебя берег.
- Спасибо тебе, - глядя на багровую физиономию своего соседа, сказала я.
Если бы могла, то непременно заревела бы в ту минуту. Мы обнялись. Палыч похлопал меня по спине и сказал со вздохом:
- Ждал я тебя. И барахло это душу-то тянуло, а ну как свистнет кто, я ведь пьяный - дурной… Теперь все, слава богу, волю покойного исполнил и тебя увидел. Ты. Виталька, хочешь смейся, хочешь дураком зови, а ведь кроме тебя… Ладно, сама знаешь…
- Знаю, - кивнула я. - Пойдем, выпьем за дедово наследство. Больших денег не жду, но на жизнь нам с тобой хватит.
Палыч шмыгнул носом и торопливо отвернулся.
Мы еще выпили, доели картошку, я убрала наследство в тайник и вымыла посуду. К этому моменту сосед задремал, облокотившись на стол, я проводила его в комнату на видавший виды диван, достав из шифоньера подушку и одеяло. Пять лет назад у Палыча был телевизор и холодильник, теперь же из мебели только необходимый минимум, а шифоньер вообще пустой. Я вздохнула, открыла в комнате окно и задернула ситцевую штору, чтобы солнце не било спящему в глаза, а потом прошлась по квартире, насвистывая. Извлекла из кармана кубики и бросила на кухонный стол. Два и один. Не густо. Я покосилась на телефон Аппарат был древний, под стать квартире, укреплен на стене в коридоре. Сделав очередной круг по прихожей, я подошла к нему и, сняв трубку, набрала номер.
- Да, - голос звучал хрипло и недовольно.
- Чижик, - позвала я.
- Кто это? - помедлив, спросил он, вроде бы растерявшись
- Я, не узнал?
- Лийка… вот ведь… конечно… вернулась, значит? Когда приехала?
- Три часа назад.
- В гости или насовсем?
- Пока не знаю. Поговорить надо. Найдешь время?
- Само собой. Ты где?
- В дедовой квартире.
- Отлично. У меня тут дельце небольшое. Через час освобожусь, заскочу…
- Спасибо. Буду ждать. - Я повесила трубку, а Палыч позвал из своей комнаты.
- Виталька.
Я вошла, привалилась к стене и спросила:
- Тебе чего не спится?
- Своему звонила, да? Рад он, что ты вернулась, или как?
- Рад. Сказал, в гости жди…
- Ага… Тут несколько раз заходил один, видать, из этих… крутых. Машина у него импортная, блестит вся. Интересовался, пишешь ли деду, как вообще дела… твой, что ли?
- Откуда ж мне знать? - усмехнулась я, - Хотя моему ходить незачем.
- Он тебя правда бросил? - нахмурился Палыч.
- Ты, дед, с Нинкиных слов не пой. У меня был выбор, на него показать или самой в тюрьму шлепать. Он меня ни о чем не просил, я сама все решила. Вот и весь сказ…
- Не правильно это, - разозлился Палыч. - И глазами на меня не зыркай, я тебя вот с эдаких пор знаю и имею право высказаться. Он мужик, а ты баба. И если он за твоей спиной спрятался…
- Надоели мне эти разговоры. Что ты, точно прокурор, душу-то тянешь? Ну сваляла дурака, хлебнула дерьма, поумнела, теперь жить хочу, долго и счастливо. Мне б на работу устроиться, а остальное приложится.
- Если как ты говоришь, если ты все ему простила и камня за пазухой не держишь…
- Хочешь, еще за водкой сбегаю? - предложила я, - Только дурацкие разговоры оставь и спой что-нибудь морское…
- Иди за водкой, - махнул рукой Палыч, и я пошла. До приезда Вальки время еще было, а торчать в душной квартире не хотелось.
Когда я вернулась. Палыч крепко спал, храпел так, что было на лестнице слышно.
- Вот чертяка, - подивилась я, открыла на кухне окно и закурила, устроившись на подоконнике. Минут через пятнадцать во дворе появился серебристый «Лексус», притормозил под нашими окнами, и из него вышел Валька Чиж. Правда, теперь называть его так было неловко, он раздобрел, выглядел заметно старше, а главное - очень респектабельно. От замашек дворовой шпаны и следа не осталось. Чижик поднял голову к кухонному окну, заметил меня и улыбнулся, а я, помахав рукой, пошла открывать дверь.
Валька вошел в прихожую, притормозил у порога и оглядел меня с ног до головы, на лице читалось удовлетворение.
- Надо же, - сказал он, качая головой. - Еще красивей стала… На юг завернула?
- Ага. Кости погреть
- Классный загар. Выглядишь на тыщу баксов.
- Половину давали, - хмыкнула я.
- Что? - не понял Валька.
- Ерунда, один придурок в поезде… долго объяснять.
- Ну что? Обнимемся со свиданьицем? - засмеялся Валька, и мы обнялись. - Рад тебя видеть.