— Если бы я знал хоть отдаленно что-нибудь классное в астрологии или лунных знаках, я бы использовал их, чтобы впечатлить тебя. Но я не знаю, поэтому придется остановиться на чем-то менее интересном. Какие у тебя есть хобби?
— Я люблю читать и проводить время с друзьями. Джеримайя, которого ты знаешь, и Лейси. — Я указываю на парочку, наблюдающую за нами. Эйден машет им рукой. — Когда погода хорошая, я катаюсь на роликах по музеям. Я люблю поесть и хожу время от времени в спортзал. Мой любимый праздник — Хэллоуин, и я обожаю украшать дом. Я предпочитаю проводить время дома, нежели в баре или клубе. Чем старше я становлюсь, тем больше ценю эти тихие минуты на диване. Прости, я слишком много говорю.
— Не извиняйся. Ты можешь рассказать мне все, что считаешь нужным. Мне очень нравится узнавать про тебя.
— Чем ты занимаешься в свое редкое свободное время? — спрашиваю я.
— Я работаю много, с чем, вероятно, ты можешь поспорить. — говорит он. — Спорт — это то, что мне тоже нравится. Смотреть, конечно. Почти уверен, что я порвал бы подколенное сухожилие, если бы попытался быть полу- спортсменом. Я люблю читать. Триллеры — мой любимый жанр, но я открыт для любой художественной литературы. Кстати, ты не сказала. Какие твои жанры в книгах?
— Романтическая литература. Есть что-то такое приятное в том, чтобы начинаю читать книгу и знать, что два героя, в которых ты влюбилась, тоже влюбятся друг в друга.
— Моя дочь обожает любовные романы. Не могу заставить ее от них оторваться. Тебе прийдется рассказать мне о своих любимых авторах. Она всегда ищет новые книги, что бы почитать.
У меня перехватывает дыхание в горле, и мир уходит из-под ног.
— У тебя есть дочь?
Мэгги
— Да, есть, — говорит Эйден. На моем лице написано напряжение, поскольку он отстраняется назад. — О, черт. Ты подумала, что я… блять. Прости. Это я виноват, что случайно сбросил на тебя эту бомбу. Мне следовало бы начать эту речь с важной информации о том, что я также разведен. Я уже много лет как одинок.
— Ты разведен?
— Да. Вот уже на протяжении пяти лет.
— Извини, я не ненавижу детей. Я просто подумала, что возможно ты тем мерзавец, и я была застанута врасплох.
Он смеется, глубоко, я чувствую всем телом, до самых пальцев ног.
— Нет, я просто идиот, который был очень взволнован общением с тобой и сказал все не по порядку. Давай я попробую заново: Привет, Мэгги. Я Эйден. Мне сорок пять, я разведен и холост. У меня также есть дочь. Хочешь быть друзьями?
— Только если ты расскажешь мне о своей дочери. Какая она?
Эйден загорается ярче, чем Полярная звезда.
— Ее зовут Мейвен. Или Мэй, как я ее называю. Ей шестнадцать лет, она учится в средней школе, любит плавать и читать. Ее любимый предмет — английский язык и она хочет стать редактором в крупном издательстве, когда она закончит колледж.
— Вау, она просто бесподобная. — Я улыбаюсь при мысли о том, как Эйден сопровождает толпу девочек-подростков на метро из одного места в другое. — Обожаю девушек, которые мечтает по-крупному. На кого она похожа?
— Если исходить из внешних черт, она могла бы быть моим близнецом.
— Ты гордишься ею.
— Не сказать словами как, — говорит Эйден. — Она побуждает меня стремиться стать лучше. Как насчет тебя? Есть дети? Замужем?
— Нет. Ни то, ни другое. Я была замужем. давным-давно. Сейчас тоже одинока.
— Мне кажется, ты меня копируешь. Доктор. В разводе. Без отношений.
— Ты тоже не ищешь отношений? Потому, что я избегаю знакомств в ближайшем будущем.
— Я тоже не ищу отношений. Ты же знаешь, какая у нас профессия. Долгие часы работы, эмоционально истощающие и физически тяжёлые. Это не дает мне… нам… много времени на свидания.
Я хмыкаю и решаю пройтись по лезвию ножа.
— Интересно. Два одиноких человека, которые не хотят отношений. Прямо целый мир возможностей.
О, господи
Я не знаю, что я говорю или
Глаза Эйдена темнеют, керосин и языки пламени пробиваються сквозь ореховый цвет.
— Моя дочка сказала мне, что я обязан выпить кофе с женщиной с фотосессии после того, как мы закончим. Тебе это интересно, Мэгги?
Никогда еще мое имя не звучало так опасно, так порочно и так правильно. Является ли кофе метафорой для чего-то другого? Какого-то термина, который мне незнаком, потому что в последнее время меня доводят до оргазма и возбуждают только заряжаемые игрушки и мои два пальца? Я сглатываю, не заботясь о том,
— Кофе звучит заманчиво, — говорю я. Я с трудом узнаю свой голос. Он глубокий, полон нужды и сильного желания, и
Но,