— Поверь мне, Эйден. — Улыбка Шона вернулась на место. Он тянется ко мне и прижимает к плечу. — Думаю, после того как все будет сделано, ты будешь благодарить меня.
Мэгги
— Этот ло-мейн лучше любого оргазма, который я испытывала. — Лейси, одна из моих лучших подруг, стонет вокруг кусочка, который она поглощает. Этот порыв сопровождается громким чавканьем. Мужчина через два столика от нас отрывается от своего меню, заинтригованный, и она подмигивает ему. — Я могла бы купаться в этом соусе и умереть счастливой.
Лейси и я познакомились в медучилище, сидя рядом на занятиях по микробиологии и впадая в непрофессиональный приступ хихиканий, когда профессор говорил
— Что бы ты хотела, что бы мы сделали с твоим ящиком секс-игрушак? — после этого вопроса я съедаю ложку горячего и кисловатого супа, жидкость обжигает язык.
Лейси, Джеремайя и я расположились за высоким столиком в нашем любимом китайском ресторане. В будний вечер здесь многолюдно, зал кишит голодными посетителями. Непринужденные разговоры свободно текут за маринованной уткой и курицей кунг-пао.
До фотосессии осталось три дня, и я сказала Джеру, что дам ответ за ужином. В глубине души я знала, что все равно скажу да, чтобы помочь ему, отбросив личные опасения, что буду чувствовать себя не в своей тарелке. Он никогда не подставит меня под удар или неловкость, и если он может видеть эту концепцию наглядно, то я буду верить, что скоро тоже смогу.
— Представьте, что вы умерли, пока использовали вибратор, — говорит он. — Как бы вы объяснили это своей семье и друзьям? Вы бы захотели, чтобы в вашем некрологе была указана какая-то фальшивая причина смерти? Или правда?
Я обдумываю вопрос за моим последним кусочком еды.
— Правда, потому что это очень хороший способ уйти из жизни. Заголовки в газетах могли бы гласить: «Она умерла, занимаясь тем, что любила больше всего… заботилась о себе».
— Женщина достигла того, на что не способен ни один мужчина: умопомрачительный оргазм, — добавляет Лейс.
— Она была яркой женщиной.
— Она достигла вершины и ушла.
— Если вы обе продолжите говорить друг другу пошлости, тот мужчина предложит вам провести с ним ночь, — говорит Джеримайя
— Не в первый раз, — говорит Лейси. Она делает глоток вина, и румянец, вызванный алкоголем, переползает на ее шею. — Мэгс, а ты?
— На счет секса втроем? Я не настолько пьяна, что бы подумать над этим.
— Про фотосессию, — уточняет она. — Но приятно знать, что ты рассиатриваешь такую возможность.
Я поднимаю кружку с зеленым чаем, который непрерывно пью весь вечер. Танины1 прилипают к внутренней поверхности фарфора, когда я вращаю напиток вокруг. Проходит секунда, прежде чем я начинаю говорить, и никто из этого двоих не торопит меня.
— Я сделаю это, — говорю я, колебания и волнение наполнят слова. Джеримайя визжит, а Лейси поднимает кулак в воздух. — Почему бы, черт возьми, и нет? Самое время снова показать себя после развода. Это не свидание. Нет никакого давления. Это два взрослых человека, которые фотографируются. Вот и все.
— Это будет гораздо веселее, чем то, что ты найдешь в приложении для знакомств в любом случае, — говорит Джеримайя. Утешение помогает, и узел напряжения между моими плечами ослабевает. — Это может быть пробным шагом перед настоящим, когда ты действительно будешь готова.
— Не все приложения для знакомств ужасны, — возражает Лейси. Сильный протест крутится у нее в голове. — Я пользовалась ими и достигла выдающихся успехов.
— Да, если твой максимум — сидеть на чьем-то лице. Но не для того, что бы узнать их поближе. — бросает Джер в ответ.
— Я знаю, в какой последовательности мне нравится, чтобы их язык работал. Что еще мне нужно знать?
— В том-то и дело, — говорю я, прерывая их грубый спор. — Я не хочу отношений.
— Никогда? — спрашивают они в унисон.
— Не в ближайшем будущем. Жизнь и так прекрасна. Я счаслива. Робота идет хорошо. Зачем мне пытаться и несомненно все испортить, привлекая сюда мужчину?
— Хорошо. Парень с которым ты будешь работать, кажется замечательным, — радостно говорит Джер.
— Я знаю, что ты всех знаешь, но как ты с ним познакомился? — спрашиваю я.
— Я еще не знаком с ним. Его зовут Ейден Вуд и он лучший друг Шона Холмса, удивительного футбольного тренера, которого я снимал пару раз. — Когда Лейси и я безучастно уставились на него, он закатил глаза. — Татуировки. Бицепсы. Атлетическое тело с массивными руками. И, если слухи правдивы, внушительный член, которым он умеет отлично пользоваться.
— Ах. — Я киваю. — Рыцарство не умерло. Оно просто замаскировано под внушительных размеров члены.
