– Потому что наш дорогой братик пытается держать с тобой дистанцию.
– …
– Ладно-ладно. Официальная версия – у него важные дела.
Он провел её по уже знакомому коридору, и девушка вгляделась в совсем юное прозрачное личико. В приторной темноте оно точно светилось. И это свечение нежно поглаживало темноту в такт ровному дыханию девочки.
Селена спокойно подошла к узкой кровати и погладила Елену по голове. Девчушка прибывала в стране снов. Потеряв счет времени, Елена не утруждала себя режимом – развлечений было не так много. Ласковое прикосновение разбудило её, но не испугало.
Не испугалась она и тогда, когда в воздухе запахло чем-то цитрусовым. Кажется, это был запах апельсина, приторно сладкий он проник в её голову тяжестью, сломив зрение. Девушка лишь помнила, как любимая бабушка трясет её за руку, видимо она пыталась привести её в чувство. Но чувство это так и не возобладало над телом, и не поднялась прозрачная девушка на вершину осознанности, о чем вскоре очень сильно пожалела.
Запах апельсина стал её мучителем. Прерывисто вбирая в себя пространство, странно хлюпая при этом и скрепя, он преследовал её и Елена вбежала в белое месиво. Ни окон, ни дверей, ни гладких выступающих панелей, ничего. Только абсолютная белизна и приторно-сладкий смрад.
Не разбирая шагов своего врага, Елена, будучи очертаниями на чистом листе, металась, ища место, где сможет скрыться. Как можно дальше отсюда! Должно же быть хотя бы одно темное пятно? И тут она вспоминает о своих прозрачных руках и волосах и делает то, чего не ожидает от нее враг. Она останавливается.
Неестественно вывернув тонкие руки в воздухе, она проводит ими…и растворяется. Её белоснежное тельце медленно искрится под толстым пледом, который проседает на кровать под собственным весом. Когда Селена освободила кровать от его объятий, там зияла черной пустотой.
Центральным местом третьего купола был подводный ресторан. Он носил вульгарную кличку – Серена за свою дурманящую музыку, которая пронзала все глубины раскинувшегося искусственного озера. На кристально чистой глади, словно что-то невесомое, лежала кувшинка. Её длинные нижние листья образовывали платформу, от которой в четыре стороны вплоть до самых берегов шли дорожки. В более холодное время цветок кувшинки был закрыт, но стоило погоде погрузиться в исключительно летнее настроение, как тонкие лепестки раскрывали свое естество в виде счастливых людей за столиками со всевозможными морепродуктами и другой приятной едой.
Но Локи не остался в этой шумной компании, а спустился на нижний этаж, в самую глубь озера. Зал оставался исключительно за ВИП-гостями и не знал никогда случайных посетителей. Кажется, если бы не толщи воды с массивными стаями разнородных рыб, его бы непременно раздуло от собственной важности.
Сегодня ВИП-зона принадлежала исключительно двум семьям. Локи подошел к маленькой женщине с вьющимися белыми волосами. Непослушные локоны придавали ей очарование школьницы, которое нисколько её не тяготило. Изредка она делала исключение для общества и собирала волосы на макушке, как знатная леди и становилась неотразимой со своими большими черными глазами и полными губами. Эти черты Локи и смог отхватить от матери.
Он подошел к ней со спины и ласково погладил по обнаженным плечам. Женщина ответила сладкой улыбкой. Глаза её красноречиво сияли сладостными иллюзиями. Локи поцеловал маму в лоб, прижавшись к ней с каким-то особенно мягким нажимом. Отец Локи сидел рядом с ней. Мужчина был трезв, даже слишком. Все черты своего лица Локи слизал с него, даже отпечаток семейной боли был тот же. И только вечная складочка между бровей на лице мужчины напоминала о другом складе ума её обладателя. Сын пожал ему руку и слегка кивнул, тот ответил тем же. Из семьи Локи еще присутствовал дядя Джим. Чрезмерно обворожительный, он никогда не скупился на комплементы. Вот и сейчас он осыпал бабушку Галли льстивыми словечками.
– Наша старушка наивна, словно школьница. Джим, не искушайте её, прошу вас. – Проговорила Хрома, когда, налюбовавшись живностью сквозь стекло, вернулась за стол. Белое шелковое платье смотрелось на ней великолепно.
– Искушаю? Я? Да ни в коем случае. Да и как вы можете называть свою бабушку наивной?
– Может быть, все дело в степени родства – как будто невзначай пролепетала Галли.
– Чепуха! – прогремел мистер Стред. – Эта чертовка так говорит именно потому, что она нам родная, как никто другой.– Старичок потрепал свое дитя по голове. Его маленькие хитрые глазки смотрели на внучку с искренним обожанием, из-за чего Галли с тупым рвением взяться за еду. – Тем более наша старушка и правда наивна – и он прильнул шикарными белыми усами к молодой ручке своей вечной любви, та отвела глаза и совсем разрумянилась. – Как вам, кстати, моя Хрома – обратился он неожиданно к Локи – Я знаю, что вы натура творческая. Девочка тоже блещет талантами в области искусства. Думаю, вы могли бы поладить? Это же так важно – встретить родственную душу – он зачарованно посмотрел на свою старушку и сжал её ручку от вновь возникшего чувства.
