Не дожидаясь ответа, Алиса снова задернула штору. Алексей перевел растерянный взгляд на друзей, но Эдс смотрел на него с такой по-детски искренней надеждой и преданностью, что Горский резко заставил себя собраться.
– Не дрейфь, Бесхвостый. Всё нормально будет. Я бы сам помог, но у меня же лапки! – Подчеркнуто беспечно усмехнулся кот, и обернулся к мальчику: – А ты, дружок, беги-ка лучше к маме, может она уже там проснулась, и сейчас волнуется, времени-то много прошло. Ну а я тут пока покараулю.
Усевшись напротив связанного профессора, бессознательно уронившего голову на грудь, Персик сосредоточенно начал вылизывать лапу, тихонько урча себе под нос. И вид этого внешне спокойного умиротворенного животного, подействовал на Алексея отрезвляющим образом. Закатав рукава рубашки как можно выше, он спешно принялся мыть руки, думая только об одном: они обязаны спасти Мию и ее ребенка! Потому что в противном случае всё будет напрасно.
Совершив последний выстрел, Евгений в бессилии откинулся на спину, раскинув руки и прикрыв глаза, ощущая телом холод промокшей земли. Почти три часа он провел на полигоне лежа в одном положении, стреляя по мишеням, то и дело заставляя сорианцев менять их удаленность. Ему нужно было вспомнить, убедиться, что он сможет, справится с собой, сумеет побороть свой страх. Вернее даже, невероятное по силе чувство отторжения к тому, что он делает сейчас, и что готовится совершить. К концу тренировки неприятное внутреннее волнение смогло, наконец, отступить на второй план. Больше беспокоила правая рука. Травмированная кисть слушалась весьма неохотно, и чтобы указательный палец твердо лежал на спусковом крючке, Власову приходилось прилагать немалые усилия, сосредотачиваясь и физически и психологически, внушая самому себе, что все нормально.
Полковник пытался избавиться от засевших в голове тревожных мыслей о жене, о не родившемся ребенке, ему хотелось верить, что с любимыми все будет хорошо. Но полагаться на слова врага было нельзя. Власов давно уже избавился от иллюзий, что сможет выбраться из этой истории живым, и надеяться мог только на друзей. Единственное, что до сих пор удерживало его от желания расправиться со всеми находящимися рядом сорианцами – это намерение добраться до Бота. Вытащить мерзавца из его раковины, заглянуть ему в глаза, заставить говорить. Узнать, наконец, КТО ОН… Хотя, Евгений почти уже знал ответ на этот вопрос. Правда казалась странной, безумной, и практически нереальной. Но чем больше Власов анализировал поведение Собеседника, наблюдал за его реакциями на свои провокации, вслушивался в нарочито вежливую манеру вести разговор, целью которой было завуалировать его настоящее лицо – тем сильнее крепла в нем уверенность в своей догадке. И если он действительно окажется прав – то вырвет сердце этой твари собственными руками.
Легкий пинок под ребра заставил полковника открыть глаза. Нависший над ним Угрюмый молча протянул гарнитуру. Смерив сорианца долгим взглядом, Евгений, нехотя поднялся.
– А из говорящих никто не захотел наушник принести? – хмыкнул Власов, вставляя его в ухо, и тут же поморщился, услышав голос Бота:
– Я бы с радостью выделил вам больше времени на отдых, Евгений Степанович, но боюсь время уже не ждет. Должен сразу же предупредить, что с этой самой минуты мы с вами непрерывно будем находиться на связи. Не снимайте и не отключайте гарнитуру. Мои люди вас сейчас отвезут на место. Цель будет там через два часа. Зал для совещаний, 23-й этаж. Обещаю, обзор вам понравится!
– Действительно, всё как я люблю. – Власов дернул головой, будто бы соглашаясь с какими-то своими мыслями, и в задумчивости потеребил ухо. – Знаю я эту комнату. Специально выбрали ту, что с панорамными окнами? Оттуда открывается такой чудесный вид на парк. Через два часа говоришь? Маловато времени на подготовку на местности.
– Ничего, успеете, полковник. Вы же профессионал.
– А что потом, Бот? Что будет после выстрела?
– Как я ранее обещал, вы сможете уйти. Мие введут спасительное для нее лекарство, и вы сможете забрать жену. Координаты госпиталя я скажу. Неподалеку от входа будет ждать машина с паспортами на другие имена, и кредитная карта с небольшим вознаграждением. Советую сразу же покинуть планету, направление выберете сами.
– А если что-нибудь пойдет не так?
– Уверен, что вы справитесь, Евгений Степанович.
– То есть возможные форс-мажорные обстоятельства ты отсекаешь сразу?
– Не тратьте время зря, полковник. Машина уже ждет. До прибытия на место ваше оружие будет у моих людей. Желаю удачи.
