Затащив тело Орбана на площадку, друзья накрыли его плащом. Хоронить погибших не было ни времени, ни желания. Лорд заверил - когда он отправит вести Сайлару, к башне приедут люди, которые со всем разберутся.
Самым грустным оказалось, что отступившие враги увели лошадей. У развалин, где друзья их оставили, валялась разбросанная одежда обернувшихся тварей.
Выбрав направление, отряд двинулся в сторону дороги, к перевернутому экипажу. Добравшись до места и найдя карету, друзья обнаружили, что и тут успели похозяйничать нападавшие.
Найдя среди разбросанных вещей подходящее платье, Дима отошел переодеться, второе чистое платье он запихал в свою сумку. Больше всего раздражала невозможность умыться. От запекшейся крови длинные волосы превратились в паклю, шея невыносимо чесалась.
Измученные, не выспавшиеся и голодные, они пешком побрели по дороге в следующий городок, куда добрались только к вечеру.
Глава 32
Хозяин местной гостиницы встретил их с недоверием, но лорд кинул несколько монет, рассказав выдуманную историю о напавших бандитах. Весь следующий день друзья отдыхали, приводя себя в порядок, в то время как Балмор решал свои дела государственной важности. Вернувшись под вечер, он объявил, что им придется задержаться на пару дней, дождаться королевского мага. Все дружно решили воспользоваться моментом, сходив в местную баню.
После бани и ужина разморенный Дима отправился к себе, намереваясь выспаться. От свежих впечатлений всю прошлую ночь снились кошмары и он надеялся, что в эту ночь повезет больше.
Не повезло. Диме опять снился лес, по которому за ним гонялись друзья, ставшие оборотнями. Он бежал в женском теле, путаясь в подоле платья, сжимая в руке кинжал, использовать который против тварей не представлялось возможным. Пробираясь через ночной, затянутый туманом лес, Дима вспомнил, что Мишу укусил оборотень, а значит тот должен был сам превратиться в оборотня. Наконец бывшие друзья окружили его, отрезав все пути к отступлению.
- Ты осталась последняя, - облизнулась тварь, бывшая когда-то Михаилом, протягивая руки.
У Дмитрия от ужаса перехватило дыхание, не в силах что-либо сделать он попытался выдавить из себя: 'нет!', после чего проснулся, подскочив в постели. Из-за ночного кошмара дыхание сбилось, захотелось на свежий воздух, отдышаться, прийти в себя.
Одевшись, Дима тихонько вышел из комнаты, намереваясь пойти во двор гостиницы. Проходя мимо комнаты, в которой остановились Миша с рыцарем, он прижался ухом к двери, пытаясь что-нибудь услышать. Так ничего и не услышав, спустился по лестнице и, пройдя через зал, вышел во двор.
На улице пахло осенью, навевая умиротворение. Можно было представить, что находишься дома, прогуливаясь по вечернему осеннему парку. Мягкий свет одной из лун освещал постройки вокруг. Дима вдохнул полной грудью и, подняв голову, посмотрел на звезды, пытаясь найти знакомые созвездия, как часто делал дома. Рисунок на небосводе был незнаком, но среди звезд выделялись несколько особенно ярких. Рассматривая небо, Дима услышал приглушенный стон. Сначала он подумал, что показалось, но вскоре послышался еще один. Осторожно, стараясь не шуметь, он пошел на звук, который привел к небольшой постройке вроде сарая, в котором держали сено для лошадей.
Прокравшись через приоткрытые ворота внутрь постройки, Дима уже отчетливо услышал женские стоны. Тихонько поднявшись по лестнице, ведущей под крышу, он увидел следующую картину: на сене среди разбросанной одежды лежал спиной к выходу Максим, а сверху на нем сидела голая лучница. Двигая бедрами, она, явно наслаждаясь процессом, стонала и улыбалась магу. Красивые, блестящие от пота груди мерно покачивались, притягивая, завораживая своим колыханием. Замерший Дима не мог отвести взгляда от открывшегося действа. Затаив дыхание, он смотрел, не отрываясь, как эти двое наслаждались жизнью.
Лучница, двигаясь на маге, заметила еще одного участника. Поймав его взгляд, она, похотливо улыбаясь, облизнула губы, схватив свои груди, приподняла их и вообще - постаралась всячески показать, как ей хорошо.
Дыхание Димы участилось, внизу живота заныло. Странные ощущения охватили все тело, томя, как будто желая физической нагрузки. Его начало ощутимо потряхивать и он, поняв, что ощущает дикое возбуждение, поспешил ретироваться из амбара. На улице возбуждение очень медленно начало отпускать. Выругавшись про себя, Дима направился обратно в свою комнату, злой на весь белый свет.
В полутемном обеденном зале за столом у почти потухшего очага обнаружился Миша. Дима попытался незаметно прошмыгнуть, но услышал, как великан подзывает его. Присев за стол, он с недовольством отметил, что великан опять потихоньку надирается местным аналогом вина.
- Не спится? - спросил он у Димы.
- После башни кошмары снятся, - пожаловался тот.
- Похоже нам всем снятся кошмары. Если бы я знал, что так будет, выкинул бы компьютер нафиг, в окно.
- Думаю, далеко не все с тобой согласны.
- Ты про Иру с Максом?
- Допустим.
