— Закладная, которую я вам давал под залог кредита! — сдерживая себя, чтобы не взорваться гневом, сказал Зарецкий.
Астахов недоуменно посмотрел на Баро. И это еще больше рассердило цыгана:
— Я говорю о закладной на мое имущество, на дом, на конюшни!
— Извините, но у меня нет никакой вашей закладной.
— Как нет! — перешел на крик Зарецкий.
— Да так. Поверьте мне…
— С какой стати я должен вам верить. Как я могу вернуть вам ваши деньги, если в любой момент, когда только вы захотите, с помощью моей закладной пустите меня по миру?!
— Господин Зарецкий, я повторяю совершенно серьезно: у меня нет никакой вашей закладной!
— Я вам не верю! Вы же сами требовали закладную?!
— Ничего я не требовал! Я решил помочь вам и дал кредит под честное слово!
— Ха-ха! "Под честное слово"… Под залог моего имущества!
— Ничего не понимаю, — пробормотал озабоченно Николай Андреевич. — У меня такое впечатление, словно мы говорим по "испорченному телефону".". С Форсом мы говорили совершенно иначе!
— Браво, господин Астахов! Говорили мне, что вы человек непростой, но нельзя же изворачиваться вот так уж нагло!
Астахов не ответил.
— Что ж вы молчите? Хотите все свалить на Форса?! И убедить меня, что он действовал без вашего распоряжения?!
— А вы абсолютно исключаете такую возможность…
Остановиться бы Зарецкому да поговорить с Астаховым поподробнее.
Разузнать, что именно говорил ему Форс. И сравнить это со своими разговорами с тем же персонажем. Только гнев уже понес его вперед, как лихой скакун.
— Ну хватит! Не о чем нам разговаривать! Мне и так все понятно!
— Что вам понятно, объясните мне, пожалуйста.
— Вы дали мне кредит на месяц, взяли закладную, а теперь хотите…
— Все не так. Я прошу вас, выслушайте меня!!!
— Что слушать? Что? Вы хотите прислать судебных приставов да описать все мое имущество! Господин Астахов, этот дешевый трюк у вас не пройдет!
— Господин Зарецкий, вы неправильно понимаете ситуацию!
— Мне надоели ваши оправдания. Хотите получить деньги — верните мою закладную. Иначе мы встретимся в суде!
Баро в гневе покинул VIP-кабинет. Астахов же остался и перезвонил Форсу…
Как ни трудно было решиться на разговор с Удавом, а пришлось. Рыч прекрасно понимал, что он сам себя поставил в такие условия: никто, кроме этого бандита, разговаривать с ним не станет.
И вот, однажды, хорошенько прислушавшись, нет ли кого поблизости с Люцитиной палаткой, он набрал знакомый номер телефона.
— Алло, это я.
— Узнал. Что ты хочешь мне сказать?
— Мне нужны деньги. Я потом верну.
— Деньги всем нужны. Мне, например, тоже. Весь вопрос в том, с какой целью.
— Я хочу уехать отсюда…
— Нет уж, дудки. Ты никуда не уедешь, ты мне еще нужен.
— Послушай, давай будем считать, что я тебе не звонил. И ничего у тебя не просил. Я не хочу с тобой больше иметь никаких дел. Не дашь денег, я пешком уйду. Все, пока…
— Стой! — не дал прерваться разговору Удав. — А зачем тебе куда-то уходить? Не понимаю… Разве тебе плохо живется у Люциты?
Рыч немного растерялся от такой осведомленности. Откуда, как Удав мог узнать о том, где он прячется?
— Откуда ты знаешь про Люциту?
— Я все знаю. Все и всегда. Подумай лучше о девушке. Ты уйдешь, что с ней станется? Это только в сказках Мертвые принцессы прекрасно выглядят…
— Ты ее не тронешь!
— Если останешься в городе, не трону. Но если надумаешь от меня сбежать, я… я ей не завидую.
— Что ты с ней сделаешь? Убьешь?
— Зачем же так сразу… Иногда быстрая смерть — награда. Есть вещи и пострашнее смерти…
— Например?
— Ну, вариантов много. Вот, скажем, самый простой. Например, тюрьма. Ты только представь: молодая, жизнерадостная, красивая Люцита надолго попадает в тюрьму.
— За что?
— Всегда можно найти, за что человека направить в это заведение. Если речь идет о Люците, то… Ну, скажем, покушение на Миро — чем не повод…
Удав и об этом знает…
— А выйдет она оттуда старухой. И все из-за того, что бравому Рычу вздумалось попутешествовать.
Как странно обрушились удары судьбы на двух молодых людей. Практически одновременно Кармелита потеряла бабушку, а Миро — отца.
И непонятно, как можно пережить такую потерю. Кармелита сидела в кресле, завернувшись в плед. В комнату вошла Земфира, присела рядом на кровати.
— Как мне бабушки не хватает… — сказала девушка куда-то в пустоту.
— Нам всем ее не хватает… Рубина была мне как мать!
— И мне. Почему она меня оставила? Ведь она же знала, что я без нее не могу! — Казалось, что Кармелита еще не вполне отошла от недавней болезни.
— Это не в ее власти… У каждого человека есть свой срок на земле.
Вот, значит, и ее время пришло. Там Она за тебя молится. Все видит сверху и спокойна за тебя. Она же знает, что ты не одна.
— Да. У меня есть отец, у меня есть Максим… Только кому я смогу рассказать все то, что когда-то могла рассказать только ей?
— Попробуй рассказать мне. Может, я смогу тебе помочь? Поверь, я умею хранить чужие секреты.
— Я боюсь…
— Чего? Для тебя самое страшное уже позади. Болезнь отступила.
— Боюсь, что отец не разрешит мне выйти замуж за Максима…
— Но ведь он уже разрешил вам встречаться. Это уже хорошо… Разве не так?
