Вместо того чтобы расклеиться, Леха вдруг затвердел, как цементный раствор.
— Ладно. Жгите. Плохо вы Леху знаете.
— Кто такой Удав? — еще раз спросил Миро. — Кто такой Удав и где его искать?
— Я вам ничего не скажу.
Одной рукой Миро взял Леху за горло, а другой схватил раскаленный прут.
Леха в ответ усмехнулся с очаровательной наглостью:
— Ну давайте, давайте. Вы меня покалечить можете, а Удав, если что, по стенке размажет: и вас, и меня вместе с вами… Нет. Ничего не скажу…
— Да я тебя не только покалечу, я тебя на этот прут как поросенка посажу, а потом и до дружка твоего доберусь, понял?! — сказав это, Миро резко дернулся и коснулся прутом руки Лехи.
Тот коротко вскрикнул. И тут же прикусил губу. Запахло жженым мясом.
— Хватит! — приказал Баро. — Веди его в милицию.
— Что?! — не поверил своим ушам Миро. — Это же он… они убили моего отца!
— Веди его в милицию. Я все сказал.
Миро одновременно выпустил из рук и прут, и Леху. Пошел в угол кузницы и вылил на себя ведро воды, стоявшее там.
"А ведь я и вправду долго не был у Светки", — подумал Антон. Схожу к ней. По дороге он размышлял, как же странно все получается. И что за червячок сидит в нем внутри. Как только все хорошо становится, он начинает грызть душу, находя что-нибудь плохое, мерзкое.
Вот и в отношении беременной Светы так. Только успокоился, как вдруг появились сомнения, подозрения: чье дитя?
Как бы освободиться от всего этого? Как?!
Если хочешь, чтобы путь длился подольше, он всегда заканчивается очень быстро. Вот и больница, и палата номер двадцать четыре.
— Привет, — сказал Антон невесте.
— Привет… — обрадовалвсь Света.
— Вот я принес кое-что… Это все тебе.
— Спасибо. Как там дела? Как ремонт?
— Нормально, — поскромничал Антон.
— Я так рада, что ты сейчас там живешь. Мне приятно думать, что дома меня кто-то ждет. Я и отцу твоему то же самое сказала…
— Отцу? — поднял брови Антон. — Значит, он приходил? Зачем?
Света принялась за банан.
— Он навещал меня, как… как дедушка. Что в этом такого удивительного?
— И о чем вы с ним говорили?
— Он очень волновался, не стесняешь ли ты меня, живя в моей квартире…
— Какая заботливость! — хмыкнул Антон, — Мало ему, что меня, родного сына, выгнал из дома, на улицу, так еще и тебя настраивает.
— Антоша, он меня не настраивал. Просто волновался о моем здоровье. А ты… Ты ведь и вправду не ангел. Я это прекрасно знаю. И принимаю тебя таким, какой ты есть.
— Хорошо… И что же мне теперь делать?
— Пе-ре-вос-пи-ты-вать-ся. Как ты и обещал. Иди сюда.
Света раскрыла объятия, Антон прилег рядом с ней на кровать.
— Ну-ка, скажи: "А-а-а", — шутливо попросила она.
Антон послушно открыл рот, и Света начала кормить его, как маленького ребеночка, бананом.
— Вот, умница.
— Ты со мной говоришь, просто как с младенцем.
— Все верно. Мне как раз и нужно привыкать к роли матери. Вот и буду проверять на тебе разные методы воспитания. А ты будешь слушаться меня, правда?
— Правда.
Света ласково улыбнулась и потрепала его по голове. Так, как обычно делала Тамара.
Кармелита почувствовала, что обязательно должна увидеть Максима. Вот не увидит сейчас — и совсем плохо будет. Поэтому, как на крыльях, прилетела в гостиницу. Постучала в дверь его номера.
— Нельзя, — раздалось из-за двери.
Она открыла дверь, заглянула в комнату и уточнила:
— И мне тоже нельзя?
Максим вскочил из-за стола, взял девушку за руку и притянул к себе.
— Здравствуй, любимая.
— Здравствуй. Все работаешь?
— Да.
— Устал, наверное?
— Устал. — Максим посмотрел на часы. — Слушай, я собираюсь пойти поесть, пойдешь со мной?
— Ой, извини. Я только что из ресторана.
— Не понял, — удивился Максим. — А что ты там делала?
— Ела.
— Ела? С кем?
— Ревнуешь? — заискрилась Кармелита.
— Пока нет. Хотя… Это смотря с кем ты ела.
— С Астаховым.
— С Антоном? — нахмурился Макс.
— С Николаем Андреевичем.
— А, ну и…
Максим так и застыл, не договорив фразу до конца.
— Мы встретились с ним у Светки в больнице, — пояснила Кармелита. — Разговорились о тебе, об Олесе. Знаешь, оказалось, у нас с ним судьбы так похожи…
— Да, Астахов — хороший мужик, надежный. Но… как-то странно. Вы только вчера с ним познакомились и уже по ресторанам ходите. О судьбах разговариваете…
— Вот именно, Максим, вчера только познакомились. Атакое ощущение, что давным-давно друг друга знаем… И к тебе он, ну как к сыну…
— Это правда. Астахов меня после института сразу взял. Сопляка. Опыта никакого не было.
— Ну, ты же у меня талантливый. У тебя все получается, со всем справляешься.
— И тут тоже кругом его заслуга. Сама говоришь — он ко мне, как к сыну, с самого начала.
— Ага. Это, наверное, потому, что его родной сын такой непутевый.
— Наверное.
— Зато уж ты — Орлов. Орел. Любой мечтал бы иметь такого сына, как ты.
Думаю, и мой отец тоже.
— Да уж что уж, куда уж там, — Максим заговорил комической скороговоркой.
— И вот именно поэтому жена у тебя будет цыганка…
Кармелита обняла его.
— Нет, не так. Жена у меня будет самая красивая цыганка.
Максим поцеловал любимую, но тут в дверь постучали.
Они отпрянули друг от друга.
— Да.
Вошел новый охранник Кармелиты.
— Здравствуйте.
