— Сожалею, но подробностей мы пока не знаем. Вы слышали когда-нибудь о знакомом Сандры — журналисте по имени Тобиас Вестберг?
— Нет, — покачала головой Клара. — Этого имени я не слышала. Если вам Ленни про него наплел, то я бы на вашем месте поделила его слова на шестнадцать. Он постоянно обвинял Сандру в изменах, чтобы самому безнаказанно залезать под каждую юбку, уж простите мне вольность оборота. Стоило ему выпить, его уже было не удержать. Сандра поэтому с ним никуда старалась не ходить, отсиживалась дома, чтобы только не видеть, как он в очередной раз позорится. Я так обрадовалась, когда она бросила его, думала: поделом подонку! И вот что вышло… Какое горе! — Тут Клара перестала сдерживать слезы и разрыдалась, дав волю чувствам.
Ответив еще на пару вопросов Марии, она постепенно успокоилась и поднялась, чтобы уйти.
Когда Клара Хэгг вышла из комнаты, Мария продолжала сидеть за столом, словно оцепенев. Казалось, горе разлилось в воздухе, парализуя всех, кто им дышит. Стоило на миг забыть о работе, как тут же подступали мучительные мысли об Эмиле. Марии стоило усилий не схватиться за трубку, чтобы позвонить Юнатану. У доктора и так полно забот. Он пообещал сразу сообщить ей, если только в состоянии Эмиля что-то изменится. Мария открыла рабочие файлы на компьютере, невидящим взглядом уставившись в экран и раздумывая о том, какие противоречивые сведения они получили о Ленни Хельстрёме. Кто говорил правду: соседка Сандры или ее сестра? Женщины нарисовали два взаимоисключающих портрета парня. Или так бывает и у разных людей складывается о нас настолько разное впечатление?
Мария поискала в базе данных сведения о Тобиасе Вестберге — из выданных системой результатов по возрасту подходило двое человек, один из них — журналист, ранее не привлекался. Может, в словах Ленни все-таки была доля правды? Размышления прервал вошедший в комнату Хартман. Он уселся прямо напротив Марии, на ходу доедая бутерброд — над губой у инспектора белел майонез. Мария вдруг вспомнила, что за весь день и крошки во рту не держала. От всех переживаний совершенно пропал аппетит.
— Я говорил с Хокансоном, он просмотрел содержимое компьютера Сандры Хэгг. Компьютер, как ты помнишь, был включен. Кроме того, она не вышла из своего почтового ящика, так что у нас есть доступ к ее электронной переписке. В частности, вчера вечером она отправила письмо некоему Хансу Мубергу — типу, торгующему лекарственными средствами в Интернете. Они договорились о встрече. У Сандры была мигрень, и она сказала ему, что повесит ключ на шнурке у щели для почты. Несмотря на плохое самочувствие, судя по всему, ей было очень важно встретиться с Мубергом. Когда у моей жены мигрень, даже телевизор посмотреть нельзя — ей требуется полная тишина и темнота, а о гостях и вовсе речи не идет. Интересно, чего Сандра хотела от Муберга? Тон письма формальный, поэтому версию свидания можно отмести, хотя быть до конца уверенным нельзя. Нужно побыстрей найти этого торговца лекарствами. У него есть страничка в Интернете. Он зовет себя «Доктор М», обещает клиентам вечную молодость, вечную потенцию и избавление от любых болезней. Все это сопровождается картинками с красивыми молодыми мужчинами и женщинами. Очевидно, он разъезжает по стране в своем автодоме и приторговывает препаратами. Сомнительного характера у него бизнес, нужно будет обсудить это с прокурором. У Сандры, кстати, ноль процентов содержания алкоголя в крови. И мы проверили отпечатки на кувшине — они принадлежат не ей.
— Сандра работала в медицинском центре «Вигорис». Это частная клиника для состоятельных людей. Я видела в сегодняшней газете их рекламу, мягко говоря, кричащую. Они предлагают пластические операции, омолаживающие процедуры, а еще у них есть центр прививок. В центре проводят также операции на тазобедренном суставе и удаляют катаракту. Надо бы съездить к ним, поговорить с коллегами Сандры.
— У меня есть список ее интернет-контактов. Сандра регулярно переписывалась с некой Йессикой Виде. Судя по адресу почты, она была коллегой Сандры — обе девушки использовали почтовые ящики в собственном домене клиники «Вигорис». Знаешь, неловко рыться в частной жизни других людей подобным образом. Я почитал их письма — они часто делятся историями о том, как подцепили в баре очередного мужчину. Я и не представлял, что женщины… обсуждают это в таких выражениях.
— В каких выражениях? — Мария не сдержала улыбки при виде смущенного Хартмана. — Имеешь в виду, мужчины и женщины должны по-разному рассказывать о своих похождениях?
