За окном заухало, загрохотало – батареи ПВО встречали приближающиеся Рои.
…оружейные мостики забились огненными бабочками, затягивая борта ватно-белыми облачками сгоревшего пороха. Чо ясно видела, как споткнулись, словно налетев на невидимую преграду, два бомбо-кокона, как кувырнулась вслед за ними «виверна» рой-лидера.
Остальные коконы синхронно вильнули на курсе и устремились к преградившим путь корветам – семь к правому, четырнадцать к левому. «Обрубки» в них вели себя так, как их успели обучить – лишившись направляющего зова рой-лидера, атаковали ближайшего противника. Но большее их усечённые разумы не были способны – но в данном случае, большего и не требовалось.
К'Йорр всё видел, конечно – и нырнул вниз, к волнам, уводя за собой журавлиный клин Роя. Пока обречённые корветы будут разбираться со столь же обречёнными бомбо-коконами, он проведёт своих подопечных под ними – и выйдет на длинную цепочку островков-прилипал, тянущихся за архипелагом-мишенью на много лиг. С такой высоты больших островов, конечно, не различить, но это и ни к чему – знай, следуй вдоль «хвоста». А когда мелькающие внизу зелёные пятна станут расти – значит, пора набирать высоту, чтобы в самоубийственном пике сорваться на цель. А в это время, с противоположной стороны, от Побережья, на цель заходят ещё три Роя, так что есть надежда всё же дорваться до ангаров, причальных мачт и полётных полей.
Впрочем, какое дело Чо до всего этого? Её забота – выбрать подходящий момент и свалить…
Впереди полыхнуло – раз, другой, третий. Это уцелевшие бомбо-коконы один за другим врезаются в борта корветов и расплёскивают огнестудень, обращая гордые воздушные корабли в летучие костры. Чо глянула вверх – и успела увидеть, как замыкающие строй коконы нырнули в огненную тучу.
«…«обрубки» – что с них взять! Раз выйдя в атаку, они уже не способны остановиться.
…а, может, несчастные торопятся прервать своё убогое существование?…»
Нет до них дела, нет! Внизу, в сотне футов мелькнул крошечный, размером с носовой платок, кусочек плавучей суши. И ещё, и ещё… а это что?
К'Йорр резко вильнул в сторону – настолько резко, что один из обрубков, пытаясь повторить его действие, врезался в соседа по строю, и оба, сцепившись маховыми перепонками кувырнулись в волны. Чо ушла, было, вслед за рой-лидером, влево – и вдруг поняла, чем был вызван этот рискованный манёвр.
Один из островков-прилипал – размером, машинально отметила Чо, чуть меньше её родного Сирикава-го, – оторвался от воды и стал медленно, величественно всплывать. Сердце у девушки пропустило удар – она поняла, что присутствует при величайшем таинстве, рождении Летучего острова. А другая часть её разума уже действовала, отдавай команды через контактный слизень: «левый резкий вираж, со снижением, прижимаясь к воде, покинуть строй – и вверх, по дуге, в обход «бороды» водорослей, волокущейся за островком. Зелёная, искрящаяся мириадами струек, водопадом низвергающихся с «изнанки» новорожденного Летучего острова.
– Ий-йя-х-ха!
Бомбо-кокон навылет прошил водяную пелену, пронизанную маленькими, играющими на солнце, радугами. По корпусу что-то хлестнуло – наверное, одна из прядей-водорослей – и Чо едва не потеряла управление. А когда выровняла свой аппарат – обнаружила в полусотне футов правее знакомую «стрекозу».
«…Л'Тисс?! Откуда она здесь? Может, Чо своим резким манёвром вынудила наездницу покинуть строй? Или инри ушла в сторону, чтобы не врезаться в хвост из водорослей или в воздушный водопад? Впрочем, в него-то она как раз врезалась, как и сама Чо – вон как играют радужные сполохи в шлейфе из брызг, тянущихся за «стрекозой». А вдруг она разгадала её намерения – и покинула строй, чтобы разделаться с беглянкой?
Нет, сейчас не до Л'Тисс! Новорожденный Летучий остров – это одновременно и знак судьбы и подарок фортуны. Уж там-то Чо знает, как выжить на нём – и не просто выжить, а устроиться с удобствами. Недаром вся её жизнь прошла в небе.
Резкий вираж в вертикальной плоскости, переворот. Зелёнобурая масса остаётся справа, потом опрокидывается, повисает на миг над головой. «Стрекоза» не отстаёт – как бы стрелять не начала.
Ещё один переворот, кокон скользит к зелёной кудрявой поверхности, с хрустом вламывается в кустарник, покрывающий макушку островка, проделывает в нём недлинную просеку и замирает.
Рывок – крышка кокона отлетает в сторону и Чо выкидывается наружу, сжимая в ладони заранее припасённый нож.
«…лишь бы проклятая наездница не заметила! Тогда она точно не пожалеет времени, сделает несколько заходов, окатит смертоносным дождём капелек «живой ртути»…»
