Пока любовался полётом пылающего шара, инженеры, оставшиеся без присмотра, резво припустили прочь. Даже третий, только-только начавший в себя приходить, поплёлся за ними, шатаясь, как не всякий пьяница шататься способен.
Я подавил порыв погнаться за беглецами, пустив Тень Некроса наперерез. Убивать или возвращать их бессмысленно, потеряю время, а его почти не осталось. Вон, следующий камень тоже нехорошо дымится.
И я помчался к очередной катапульте, на бегу замахиваясь молотом.
С этой успел. Со следующей тоже. У последней стопор выбил, уже не надеясь на результат. Камень, в неё заряженный, разгорелся так, что пришлось лицо отворачивать от жара. Уже занялись канаты и деревянные детали, вот-вот и вся конструкция костром вспыхнет.
Удивительно, но катапульта своё дело сделала. Горящие детали пришли в движение, вытолкав снаряд к небесам. И он понёсся к цели ничуть не хуже прочих, ударив уже не в ворота, а в место, где они располагались ещё минуту назад.
Ракушечный известняк – прекрасный материал, но не сказать, что особо прочный. Скорее наоборот. Качественное дерево на полуострове не росло, на металле горожане экономили. В общем, от спаренной башни, защищавшей ворота, остались две кучи пылающих обломков.
А от самих ворот с парой громадных створок, похоже, вообще ничего не осталось. К свежим руинам спешно направлялись конные и пешие степняки. Учитывая, что серия взрывов уничтожила или оглушила защитников на площади в пару гектаров, прикрыть неожиданно образовавшуюся брешь вояки не успевали.
Да уж, к инженерам претензий нет, навели свои машины грамотно. Хорошо, что я их не убил, они честно заслужили жизнь.
Если и после такого своевременного подарка Ингармет не захватит хотя бы Нижний город, ему уже ничто не поможет.
Но вопрос в том, как быстро вождь степняков возьмёт под контроль всю эту немалую территорию?
Посмотрев в сторону Тухлого Дна, я чуть повернул голову и покосился в направлении порта, где меня поджидает лодка, которую надо бы успеть угнать до утра. Вздохнул, швырнул к ближайшей катапульте откупоренный кувшин с алхимическим зельем и, обернувшись к Тени, задумчиво произнёс:
– Я заметил, ты хорошо прыгаешь. И форму ловко меняешь. Мне вот интересно стало: ты седло организовать сможешь?
В летающего ездового коня Тень Некроса превратиться не смог. Да и с летучестью у него всё обстояло настолько плохо, что седлом и прочими ухищрениями это не поправишь. Тут крылья и прочее требуется, на что помощник, похоже, неспособен.
Максимум, что можно из него выжать – это запрыгнуть в окно второго этажа. Да и то лишь после хорошего разбега.
Но если передвигаться по горизонтали или около того, картина улучшается. Умертвие легко проскакивало на десять и больше метров с места, а с разбега эта дистанция значительно увеличивалась.
Этим я и воспользовался, когда спустился в Нижний город, где поднялся на крышу старого купеческого особняка, наполовину разрушенного артиллерий. Уже не понять, кто поработал: степняки или гарнизон, но «калибр» явно не тот, который использовала уничтоженная мною батарея.
После неё тут бы пустырь остался.
Забрался на такую высоту я не просто так. Это моя стартовая площадка. Отсюда Тень Некроса понесёт меня на своей спине всё дальше и дальше, до самого Тухлого Дна.
Средневековая городская архитектура – это тотальная экономия места. Земля в периметре крепостных стен не бесконечная, а желающих на ней проживать хватает. По мере увеличения населения старые укрепления разбираются, ставятся новые, условный радиус, измеряемый от центра, увеличивается. Но такое случается нечасто, и Хлонассис давно нуждается в обновлении. В нищих кварталах люди на головах друг у дружки ютятся, в районах поприличнее края крыш почти смыкаются, отчего на улицах сумрачно даже ясным днём.
Вот по этой дороге из крыш мы и понеслись. Не везде перемахивать с дома на дом просто, но учитывая плотность застройки, всегда получалось подобрать путь, где можно проскочить без чрезмерного риска.
Поначалу я опасался, что сильно преувеличил возможности необычного умертвия. Но быстро выяснил, что для него такой способ передвижения также естественен, как для меня неспешная прогулка по ровной дорожке.
Ну а что касается шума, который мы производили, то и дело ломая черепицу – об этом можно не беспокоиться. В городе то и дело что-то взрывается, истошно орут люди, с треском разрушаются горящие здания. Наши шалости на этом фоне, если и услышат, вряд ли полезут на крышу проверять, кто это там шумит.
Мирные люди по домам сидят, опасаясь нос высунуть. Ну а немирные все внизу, заняты разборками друг с дружкой, или банальным мародёрством.
Штурм – это прекрасный способ свести старые счёты, или попытаться улучшить материальное положение. Вглядываясь вниз, я то и дело замечал на улице трупы, разбросанные вещи сомнительной ценности, разбегающихся в панике людей.
