Такую я ещё не видел. В смысле – в этой жизни не видел. Она походила на привычные для меня дороги, оставшиеся на Земле. Только вместо асфальта или бетона – брусчатка. Причём камни в ней одного цвета, размера и тщательно подогнаны. А ещё качество одинаково-хорошее. Подковы лошадиные и обода тележных колёс изнашивают покрытие неспешно и относительно равномерно, а не так, когда мягкий камень стёсывается в разы быстрее соседних, из-за чего образуются глубокие выбоины (а то и колеи наезженные).
Похоже на имперский тракт, о таких рассказывала Трейя. Их в Раве не так много, они связывают ключевые точки империи в единую транспортную систему. Лучшие ремесленники занимаются прокладкой важнейших дорог. Дорого обходятся, даже император не может себе позволить раскинуть сеть отличных трасс до самого севера. У нас там сплошные грунтовки, брусчатка даже в приличных городах далеко не на каждой улице встречается.
Да – это точно тракт. Вспомнилось, что по сторонам от них на широкой полосе сводят в ноль деревья и кусты, дабы не облегчать жизнь разбойникам. И вон, побелённый бревенчатый столбик чуть левее проглядывает, у обочины. На нём должны быть выжжены цифры, которые, к сожалению, мне ничего не расскажут. Чтобы по отметкам сориентироваться, требуется схема дорог, и надо понимать, где находишься. Да, примерно догадываюсь, но, увы, высадиться пришлось непонятно где, а географию освоил не настолько хорошо, чтобы на глаз определяться в местности с невнятными ориентирами.
Я скрывался в зарослях не просто так, я ждал, когда удалится четвёрка мужчин. Один бродил в сторонке, держа наготове лук и что-то высматривая в траве. Похоже, надеется вспугнуть перепёлку, вон, за спиной на корзине-рюкзаке уже парочка болтается. В лесу их ни разу не видел, обитают лишь на открытых пространствах.
Но непохоже, что лук ему только для охоты нужен. Стрелок не удаляется от остальных. Те трое одеты в жалкие лохмотья и заняты тем, что сметают навоз с брусчатки на обочину. Поддерживают тракт в чистоте. Работают на солнцепёке, похоже, с самого утра. Вон, какие лица измождённые. Ноги босые и стреноженные толстыми верёвками, будто у лошадей, которые пачкают брусчатку.
Это выглядит, как наказание. Тройка преступников под присмотром. Выбираться на открытое пространство у них на глазах нежелательно. У охранника могут возникнуть вопросы на тему того, чем я в лесу занимался. Мне, конечно, на его вопросы плевать, но я человек скромный, вызывать ненужный интерес не люблю.
Не успели эти удалиться на приличную дистанцию, как похожая команда показалась. Но на этот раз каторжников оказалось четверо. Плюс пара телег с высокими бортами, возничие на них и тоже один охранник.
Эти работали в основном не мётлами, а лопатами. Сгребали скопившийся на обочинах навоз в кучи, после чего перекидывали его в телеги. И вряд ли вывозили его исключительно ради чистоты тракта. Аборигенам известно, что почву полагается удобрять. Наверное, содержимое повозок повезут на поля, обрабатываемые заключёнными, или продадут за невеликие деньги арендаторам и зажиточным крестьянам, у которых не хватает скота.
Все эти передвижения мне поднадоели. Время идёт, а я как сидел на месте, так и сижу. Решил смеситься вправо по лесу, чтобы обойти бригаду с повозками. Но почти сразу услышал впереди подозрительный шум.
Оглянувшись, неспешно забрался в самые густые заросли. Мимикрия на мне как висела, так и висит, и если что не так, вмиг врублю Растворение. Даже без ночных бонусов заметить меня под ним почти невозможно.
Вскоре показался источник шума: пять мужчин, возрастом от двадцати до сорока лет. Откровенные голодранцы по одежде, но при этом все с оружием: серьёзного вида дубинки, один топор, короткое копьё, простенький лук. У парочки даже неказистые щиты имеются: плетёная из лозы основа с навязанными «рыбьей» чешуёй дощечками и костяными бляхами, выточенными из копыт крупного рогатого скота. Я такие видел впервые и серьёзными они не выглядели. Парочки не самых сильных ударов мечом хватит, чтобы разлетелись на запчасти. Разве что от стрел прикрываться.
Возможно, именно для этого щиты и предназначены. Потому что эти пятеро не просто по опушке крадутся. Они то и дело останавливаются, дружно поглядывают в сторону «навозного каравана».
Разбойники? Но какой смысл нападать на такую цель? Да, в империи даже навоз с тракта что-то стоит, и собирать его дозволяется не всем. Но сомневаюсь, что столь сомнительной ценностью можно заинтересовать криминальный мир.
Но тогда в чём смысл такого поведения?
Непонятно.
Неожиданно, но я заинтересовался. На моих глазах разворачиваются странные события. Эти оборванцы, похоже, нацелены именно на группу с повозками. Дожидаются, когда «подметальщики» окончательно скроются из вида.
А они, между прочим, уже едва просматриваются.
Сейчас что-то будет.
