…
Оюю захлопала в ладоши.
— Классный дядька! Жанна, а как он в этом? — юная меганезийка совершила несколько энергичных движений бедрами, поясняя, в чем именно.
— Думаю, неплохо, но точно не знаю. Видишь ли, у меня с ним ничего такого не было.
— Тю… Знаешь, гло, это, конечно, твое дело, но, по–моему, зря.
— Может, и зря, — согласилась канадка, — Было бы не так обидно иметь все те проблемы, которые я сейчас получу. Черт! Кто тянул его за язык…
— Эй–эй! Какие проблемы? – удивилась Таири, — Не будет никаких проблем. Сейчас эта инквизиция обосрется и включит «полный назад» всеми плавниками и жабрами.
Жанна грустно улыбнулась и покачала головой.
— Неужели ты, правда, думаешь, что в Оттаве кто–то испугается угроз короля какого–то игрушечного острова? Вся эта защита моей чести выглядела очень трогательно, но…
— Никаких «но»! – Таири громко щелкнула пальцами, — ты просто не врубаешься в эту систему. Когда какой–нибудь Ишак Абу–Шакал, шейх Бастардостана, начинает топать копытами, что в ваших масс–медиа плохо написали про его обычай вешать подростков, которые целуются в темном углу, эта ваша инквизиция бросается лизать шейху жопу, а газетам и TV–каналам выносит предупреждения за неполиткорректность. Так?
— Да, но это ислам… Это специальная тема…
— Ага! Потому что инквизиторы европейского образца до икоты боятся исламистов.
— Но ведь Лимолуа — не исламист, — заметила Жанна.
— Точно! – Таири снова щелкнула пальцами, — Исламист — это средневековый унтерменш. Прадедушка пуританского инквизитора был таким же вонючим исламистом, только бога называл другим именем. Неужели инквизитор не договорится со своим прадедушкой? А король Лимо — не исламист. Он — доисторический каннибал, прямой потомок акульего супер–самца Калахикиемао. Это гораздо страшнее! Для каннибала любой пуританский инквизитор, разинувший свою свинскую пасть и что–то вякнувший про каннибальских родичей — это еда, которая пока бегает. С едой не договариваются.
— Ту шутишь? – неуверенно спросила канадка.
— Ни капли! – спокойно сказала Таири.
Снэп глянул на экран, где над морем выписыал петли «Roharu», и поинтересовался:
— А сколько денег будет стоить такой маленький вироплан?
— Примерно на четверть дороже, чем обычный «Cricket», — ответил Хаото.
— Хм… Гуманно. Но у нас бюджетный кризис. Как на счет бартера? Типа, подправить экстерьер, а то он не очень зачетный. Мы можем нарисовать лучше. Ну, и вообще…
— Можно обсудить, — сказала Таири, — Только не сейчас. У нас полная флайка хавчика. Мама меня растерзает, если что–то из этого испортится, так что мы сейчас заскочим в «Aquarato» за вещами Жанны, и фрр… (Таири показала ладонью траекторию взлета).
…
