— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
Атолл Аитутаки в шутку называют «полинезийским микро–треугольником». Большой полинезийский треугольник умозрительно строится между Оаху–Роа (Американскими Гавайями) на севере, Рапа–Нуи (островом Пасхи) на юго–востоке и Аотеароа (Новой Зеландией) на юго–западе. На Аитутаки треугольник с точно такой же ориентацией по сторонам света можно увидеть прямо на местности, с флайки. Это — рифовый барьер со стороной 12.000 метров (считать здешние расстояния в метрах – местный обычай, так солиднее получается). Северная вершина – большой остров Араура, похожий на каплю, падающую с севера на юг. В его самом широком месте расположен город Арутанга, на севере есть гора Маунгапу высотой 124 метра, а от его северного берега на восток идет длинная коса Ооту, переходящая в цепь островов, которая тянется до юго–восточного угла. Дальше рифовый барьер поворачивает, и до юго–западного угла, проходит под водой. В самом углу он образует миниатюрный архпелаг Маии, затем снова опускается под воду, поворачивает на северо–восток и тянется до острова Араура, замыкая контур. Цель нашего полета – архипелаг (или суб–атолл) Маии играет тут географическую роль Новой Зеландии и, соответственно, включает два больших (почти по 10 гектаров) острова Маиинуи и Аваита. Но тут есть еще крошечный (2 гектара) островок Феооне…
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
…
Приводнившись в узком проливе между Маиинуи и Аваита, флайка пробежала по едва заметным волнам и причалила к короткому крытому пирсу у бунгало на берегу Феооне.
— Это наш с Таири сепаратный fare – пояснил Хаото, — сейчас покажем.
— Сейчас тебе покажут, — заметила Таири, — Думаешь, мама не смотрит на радар?
— Уже не думаю, — ответил он, глядя на вместительную моторку, только что отвалившую от пирса рядом с аляповатым трехэтажным fare на островке Маиинуи.
— Прикинь, Жанна, у меня очень хорошая мама, — сказала Таири, — Если бы она немного меньше командовала, то была бы идеальной мамой, но природа не бывает идеальной. Нет ни идеального газа, ни абсолютно черного тела. Вот и с мамами та же история…
Кимао, мама Таири, вызывала мгновенную ассоциацию с не очень крупным, зато очень деятельным бегемотиком. Трое мужчин (один – постарше ее, двое – значительно моложе), еле успевали реагировать на ее замечания, выстреливаемые в темпе пулемета:
