Ещё одно неловкое движение, и Алла опять чуть не упала, но стоявший неподалеку дворник быстро подхватил девушку, а затем на руках занес её на крыльцо больницы.
– Ой, большое вам спасибо, – сказала Алла, обращаясь к мужчине, и тут же стала упрекать мать: – Вот, без дворника я бы опять упала! Ты даже толком помочь не можешь!
Ася молча несла следом костыли девушки.
Мужчина опустил Аллу на ноги в холле больницы. Девушка, сконфузившись, произнесла:
– Извините, что я вас вот так дворником назвала.
– Да ничего страшного! Я тут только на время отпуска, знакомый попросил, – мужчина смущённо опустил глаза и поторопился уйти.
Ася тут же подошла к дочери, отдала ей костыли и ноутбук, который забирала, чтобы облегчить ношу мужчине.
В больничном вестибюле женщина начала оглядываться по сторонам. Стены, обитые дешёвыми бело-серыми панелями, старые плакаты об угрозе терроризма и о том, как помочь, если у человека случился инсульт, тёмно-коричневая скользкая плитка на полу.
Медленно передвигаясь, в конце коридора мама с дочкой увидели нужную табличку на двери и сели около неё на деревянную лавку. Очень давно Ася не видела одновременно такого количества травмированных людей. Несколько человек были с такими же костылями, как и Алла, но большинство – с забинтованными частями рук и головы.
Людская очередь в кабинет № 32 постепенно двигалась. Когда Алла уже собиралась заходить, Ася поинтересовалась:
– Дочь, а у тебя направление в больницу и страховой полис с собой?
Алла мельком посмотрела на мать, махнула рукой и ничего не ответила. Вдвоём они зашли к врачу, но пробыли там ровно минуту.
Выйдя из кабинета, Ася с негодованием спросила дочь:
– Как так получилось, что вы с Леной не взяли направление, когда ходили в больницу? Почему она тебе не подсказала? А ты сама о чём думала?
– Оно, наверное, у меня было, просто не помню, куда я его положила. На столе не нашла, – беспечно ответила Алла.
– А куда ты свой страховой полис положила, тоже не помнишь? Почему у тебя сейчас только ксерокопия? – мать старалась приглушить вырывавшийся наружу крик, отчего её голос напоминал злобное шипение.
– Мама, не приставай ко мне, я думаю, – ответила дочь.
– О чём это, интересно знать? – с раздражением спросила Ася.
– Думаю, что нам нужно вызвать такси и съездить домой, чтобы ещё раз поискать это направление. Я точно помню, что где-то валялась какая-то бумажка из больницы. Вот только сегодня утром я её почему-то не увидела, – задумчиво ответила Алла.
Ася сначала посмотрела на неё, затем на многочисленные сумки и пакеты, что они привезли из дома, тяжело и глубоко вздохнула, представляя, как они, а точнее она одна, потащат всё это назад. Дочь на костылях, впереди – скользкое крыльцо… Дворник, очевидно, давно ушёл по своим делам.
Женщина ещё раз вернулась в кабинет, из которого они только что вышли:
– Скажите, где нам взять это направление на госпитализацию? Может быть, вы нам его выпишете? Вы же хирург-травматолог. Так вроде бы на табличке написано, – спросила она, обращаясь к врачу, который ей больше напоминал торговца корейскими салатами в супермаркете возле их дома. Однако между ними все же было существенное отличие – врач с корейской фамилией Ким говорил на чистейшем русском и был одет в белоснежный халат и такую же, кипенно-белую, шапочку, а не клеёнчатый фартук поверх синего халата, как у его однофамильца из магазина.
– Направление можете взять в вашей поликлинике, по месту жительства. Без этого вас в больницу не положат. Я здесь принимаю больных на госпитализацию в стационар, а не выдаю направления. Пожалуйста, не мешайте мне работать, – женщину откровенно выгоняли из кабинета.
Ася вышла в коридор, опустилась на скамейку рядом с дочерью.
– Мам, я тут у проходящей медсестры узнала, что с девяти тридцати в тридцатом кабинете принимает заведующий хирургическим отделением, я к нему подойду, спрошу направление. Он должен меня помнить, я именно к нему тогда с Леной попала на приём. Он ещё обедал, не хотел меня смотреть, но потом всё равно согласился.
По коридору шёл высокий, грузный мужчина лет шестидесяти. Из-под белой шапочки врача выбивались седые кудрявые пряди. Из-за близорукости Ася облик врача видела нечетко, а когда его окружили пациенты, вмиг вскочившие со своих мест, то и вовсе потеряла его из вида.
Алла, не раздумывая, быстро поскакала к этому мужчине на своих костылях и мигом пролезла сквозь толпу поближе к врачу.
«Как быстро она научилась бегать на костылях», – подумала Ася, пытаясь разглядеть среди обступивших врача пациентов свою дочь.
Подойдя ближе, она услышала звонкий голос Аллочки:
– Вы меня помните? Я несколько дней назад была у вас на приёме. Вы тогда еще велели мне сделать повторный рентген ноги, а потом сказали, чтобы я приходила сегодня к восьми часам утра, меня в больницу должны были положить. Вот только у меня направления нет, вы мне сказали… – мать расслышала не все слова дочери.
– Вы меня терроризируете, – отозвался врач на слова обратившейся к нему девушки, и уже через несколько минут довольная Алла появилась около Аси и сказала:
