А после обеда их старый учитель как всегда без предупреждения организовал то, что сам он громко именовал Большой Охотой. Название точно отражало суть действа. Старик мыслил исключительно крупными масштабами, и любая тварь, имевшая несчастье по размерам быть меньше химеры, участвовать в «забаве» считалась недостойной. Кроме того, размеры зверя служили точнейшим показателем настроения Велегоды, так что химеры, выворотни, вдовы и иже с ними были еще не самыми худшими вариантами. На памяти Хорта на тренировочной площадке уже как минимум полсотни раз оказывался дракон, и тогда охота превращалась в сплошное издевательство над учениками. И сегодня как раз выдался очередной случай.
Без Энар тоже не обошлось. Первую половину дня ее не было видно, зато сейчас эльфийка, нахохлившись, сидела на бревнышке около Старика и выглядела такой усталой, словно не спала всю ночь. Хорт отметил это машинально, и подумал еще, что надо бы после тренировки подойти и поблагодарить ее за лечение, а потом думать уже стало некогда. Дракон — даром что хал-кост — был шустр, как кузнечик…
Инари мрачно наблюдала за суетящимися словно муравьи учениками. Настроение у ведьмачки было — хуже некуда. Основной причиной, как и в абсолютном большинстве случаев, послужили в очередной раз разнывшиеся вчерашним вечером раны. К рассвету боль унялась, но заснуть Инари так и не удалось. Плюс к тому ее комната насквозь пропиталась запахами розы и сандала, и выветриваться это амбре не собиралось, несмотря на распахнутые настежь окно и дверь. Не зная, что еще можно предпринять, Инари на всякий случай выкинула оставленный Хортом веник, но положение дел от этого не улучшилось. Велегода перехватил ведьмачку уже тогда, когда она со шкурником в охапке направлялась в сторону Запретной чащобы, намереваясь провести следующие пару дней на свежем воздухе, подальше от разумных существ. Тогда-то и поступило предложение взглянуть на послеобеденную тренировку, и теперь Инари угрюмо гадала, зачем Велегоде на самом деле понадобилось ее присутствие? Смотреть на тренировке было не на что: битые полчаса торчащий на площадке хал-кост песчаного вурма ведьмачку интересовал весьма слабо.
Драконий хвост в очередной раз со свистом рассек воздух. Очень вяло. Инари знала, что даже песчаный задохлик, как пренебрежительно называли вурма ведьмаки, способен при желании двигаться намного быстрее. Скорее всего, дракону, как и зрителям, все просто осточертело, но даже такая черепашья скорость кое для кого оказалась чрезмерной. Хорт успел увернуться, а вот другой, полноватый паренек, которого ведьмачка после первого же оценочного взгляда списала со счетов, замешкался и отлетел прочь, как тряпичная кукла.
— Мертв, — буркнула Инари. — Впрочем, в реальности они все были бы уже мертвы.
— Душещипательное зрелище, верно? — ухмыльнулся Велегода.
— Я не понимаю смысла подобных издевательств. Когда эти бедолаги покинут школу, их шансы встретиться с драконом будут примерно равны вероятности отыскать упавшую с неба луну. Почему бы не натаскивать их на что-нибудь более правдоподобное? Или хотя бы объяснить правильную тактику боя?
— А нам ее кто-нибудь объяснял? Я вот, что такое настоящий дракон и с чем его едят, узнал исключительно тогда, когда мы с тобой на первую бестию на подходе к Игли-Корун напоролись. И от того, что нам рассказывал Яровит, это отличалось, как хрен от морковки. Так что пускай своим умом доходят или на крайний случай в библиотеке покопаются. У ведьмака на плечах должна быть голова, а не трухлявая колода, да и проигрывать в случае чего он тоже должен уметь достойно.
— Уж чего-чего, а проигрывать они, кажется, уже умеют.
— Это точно. Эх, ну что за народец пошел? Даже с каким-то червяком разобраться не в состоянии. Не хочешь показать им, как работают мастера своего дела?
— Ни малейшего желания не имею. Эй, Бык, ты меня вообще слышишь? Не дури!
Но было уже поздно. Хал-кост песчаного вурма дико взвыл, выгибаясь дугой, как потягивающаяся кошка, и увеличиваясь в размерах раза в два. Золотом вспыхнула чешуя на брюхе, алым — спина. Вдоль всего хребта протянулся угольно-черный костяной гребень, голову увенчали исполинские рога, острые, как пики. Костяной нарост на кончике хвоста ощетинился иглами. Народившаяся вулканическая бестия пронзительно завизжала и выдохнула клубы дыма. Обступившие площадку ведьмаки попятились. Новому дракону отведенного места определенно было маловато.
— Эй, Велегода, тебе учительствовать надоело? — со смехом крикнул кто-то из рядов. — Решил сразу отмучиться и опять в леса податься?
— А ежели и так, Кринша, — нараспев ответил старый ведьмак, — тебе что за беда? Боишься соскучиться?
— Скотина ты, Бык, — еле слышно прошипела Инари, вскакивая с бревна.
