— Сейчас, сейчас! — заорал мальчишка, спеша на стук и спотыкаясь о лавки. — Сейчас! Да что ж вы стучите-то так! Сейчас открою.
Он отодвинул тяжелый засов. Вскрикнул. И сел на земляной пол.
В «Оранжевой устрице» никогда раньше не видели шефанго.
— Хозяин где? — прошелестел откуда-то из поднебесья низкий, завораживающий голос.
— Спит, — пискнул мальчишка, боясь открыть глаза.
— Веди.
— Заругается.
— Пусть попробует. Да вставай ты, малахольный! Парень встал на ноги. Осторожно приоткрыл один глаз. Увидел пряжку широкого ремня и лезвие огромного топора, висящего в петле.
— Мама, — неуверенно пробормотал он.
Какая-то неведомая сила подхватила его за шиворот. Развернула. Подтолкнула в спину, придав легкое ускорение. И тот же голос напомнил:
— Веди.
Мальчишка повел.
А куда ему, скажите на милость, было деваться?
— Господин Лорке, тут… к вам. Господин Лорке! Господин Лорке, да проснитесь же!
— Что такое?
— Вас просят.
— Гони в шею!
Вместо неуверенного мальчишеского голоса хозяину ответил рыкающий бас:
— Не уверен, что у него получится. Долго еще прикажешь тебя дожидаться?!
Деньгами от голоса и не пахло. Зато от него ощутимо попахивало оружием и трудно сдерживаемым гневом. Лорке Лысый нашарил мягкие тапочки. Зажег лампу и пошлепал к двери.
Он не дошел. Дверь вылетела сама. Точнее, влетела. В комнату.
— Интересно, — услышал трактирщик, — она вовнутрь открывалась или наружу?
Теперь в голосе вместо гнева прослеживался задумчивый интерес.
— Наружу! И вам это дорого обойдется! — разъярившись, ответил Лорке, перешагивая через обломки и высоко подняв лампу. Он пожалел об этом в следующее же мгновение. Потому что из темноты выдвинулось кошмарное лицо, наполовину закрытое маской. Сверкнули в неярком свете алые бельма глаз. Клацнули клыки:
— Явился. Выползень.
— С нами Святой Огонь! — Трактирщик осенил себя Знаком. Левой рукой. Потому что в правой держал Лампу. Лампа дрожала.
— Как Огнь чертишь?! — рявкнуло чудовище… или демон? Лорке сглотнул. Лампа задрожала сильнее.
— Ненавижу, — тоскливо раздалось из темноты. — Что ж вы трусливые-то все такие. Ладно. Сколько у тебя постояльцев?
— М-много… мало… так, средненько…
— Успокойся, мы не грабить пришли. Значит, средненько. Гони всех к акулам.
— Зачем?
— Не люблю любопытных. Сказано: гони.
— Но…
— Держи. — Страшная когтистая лапа сунула в потную ладонь Лорке пять крупных золотых монет.
— Что, прямо так и гнать? Ночью? Он даже в дрожащем свете лампы разглядел блеск еще нескольких желтых кругляшей:
— Это получишь, когда сделаешь, что сказали. И еще, нам нужна комната.
— За комнату отдельно.
— Вот нахал. — Демон удовлетворенно хмыкнул. — А ежели я тебе сейчас глотку перерву?
— Понял. — Лорке вздохнул и отправился выполнять распоряжение неожиданного гостя.
Когда суета и недовольные возгласы утихли, а поднятые среди ночи раздраженные постояльцы разбрелись по городу в поисках пристанища, Эльрик, до того настороженно стоящий у дверей, ссутулился и прикрыл глаза:
— Спасибо, Тарсе. — Он даже не заметил, как испуганно поморщилась Кина. Потом шефанго выпрямился, словно успел отдохнуть за мгновения короткой молитвы и словно впервые увидел эльфийку.
Кина стояла посреди комнаты, послушно держась подальше от окна, но не подходя к дверям. Синие глаза распахнуты, прикушены красивые губы, напряженно вскинутая голова и разметавшиеся по плечам, не собранные в прическу волосы. Эльрик с трудом отвел взгляд от тонкой белоснежной шеи девушки, от распахнутого ворота надетой впопыхах рубашки. Как всегда, после короткого боя в нем клокотала сила. Сила, требовавшая выхода. Принц сглотнул и сплел тонкие пальцы на древке топора.
— Эльрик?
— Падай. И спи, — хрипло бросил де Фокс, не отходя от двери.
— Эльрик, тут всего одна кровать.
— Зато большая. Да не бойся ты… Боги… — Он бесшумно прошелся от стены к стене, как запертый в клетке зверь. — Не бойся, — сказал уже спокойнее. — Я все равно ложиться не собираюсь. Какой тут, к акулам, сон?
— А… как же тогда?
— Что?
— Ну. — Кина нерешительно помялась. — Тебе же отдохнуть надо.
— Чего? — Эльрик развернулся всем телом и оглядел ее с головы до ног, насмешливо кривя губы. — Малыш, ты еще не поняла, что шефанго не устают?
— Почему?
— Мы же не эльфы. Все. Ложись. — Он подвинул ближе к дверям громоздкий, тяжелый стул. Сел, отвернувшись от девушки, и снял с пояса флягу.
— А что эльфы? — шепотом буркнула Кина, раздеваясь и быстро заскальзывая под прохладное одеяло.
— Да ничего. — В голосе принца ядом сочилась издевка. — Ехали-то всего с неделю, а умотались, будто всю дорогу на руках бежали.
Кина догадалась, кого Эльрик имеет в виду. Но не стала уточнять. И комментировать не стала. Она вспомнила, что шефанго слишком хорошо слышат.
Да-а. Влипли, ничего не скажешь. И это называется «спокойно дожить оставшиеся годы»? Да я так «спокойно» жил последний раз в Готской империи. Чтоб их всех веслом пристукнуло.
Мальчиков жалко. Хорошие были мальчики у Сулаймана. Верные, И глупые.
Верность — это всегда глупо.
