— Давай. — Я открыл перед ней дверь в комнату. Девочка мигом забралась на кровать. Взяла лютню. И запела на эльфийском. Я не особо вслушивался, догадываясь, о чем пойдет речь. И не ошибся, что характерно. Сквозь паутину симпатичных аллегорий проглядывал запоминающийся облик красноглазого эльфа. Ладно. В категорию личных врагов я его с некоторых пор не отношу. Значит, песню стоит похвалить…
«Мы дрались вместе». Иногда я думаю, что это не самый лучший способ составить о ком-то хорошее мнение.
Кина спела еще что-то. Балладно-тоскливое, но в целом оформленное неплохо. А потом в комнату постучали.
— Ну! — вежливо рявкнул я.
— Если благородные господа изволят выслушать… — В дверь просунулся дядька, в котором весу было едва ли не больше, чем во мне. А росту — вполовину меньше.
— Ну.
— Мое имя Фарген. Билл Фарген. Собственно, я хозяин гостиницы. — Он замолчал. — Ну. — Надеюсь, это прозвучало достаточно бодряще.
Мужик глянул на меня как-то странно. Откашлялся и продолжил:
— Госпожа восхитительно поет. Может быть… Только ради бога не сочтите за обиду, но, может быть, госпожа… дело в том, что сын его светлости со своими сиятельными друзьями удостоили меня чести своим посещением…
— Короче, — родил я. И порадовался собственному красноречию.
— Если госпожа соблаговолит выступить перед сиятельными господами, — речитативом заблажил Фарген, — их признательность, и моя тоже, не будет иметь границ…
— В пределах разумного, — фыркнула Кина. И соскочила с кровати раньше, чем я успел встать, чтобы вышвырнуть трактирщика за дверь.
Или в окно.
— Эльрик! Можно я пойду?
Ну что с ней сделаешь? Эти эльфы — они же ненормальные. Им в голову не приходит, что выступать с концертами благородной даме пристало примерно так же, как мне, скажем, работать свинопасом.
— Кина, ты еще не усвоила, что сиятельные сынки, равно как и сиятельные папаши, один другого стоят. И все они — дерьмо. Извини, конечно.
— Да, Ваше Высочество, — невинным тоном сказала эльфиечка.
У бедного Билли лицо вытянулось так, что челюсть опустилась на объемистое чрево.
— Иди! — разрешил я, понимая, что сказать все равно нечего.
Кина сверкнула улыбкой и исчезла, как ее и не было. Трактирщик, впрочем, исчез еще раньше. Бедняга. Он явно принял нас за парочку сумасшедших. На всякий случай я спустился в зал глянуть, что представляет из себя герцогский сыночек. Как ни странно, с виду парень был вполне приличным. Как и вся компания кстати. К служанкам не приставали. Похабно не ржали. Пальцы не растопыривали, чтобы камни в перстнях лучше играли. И при появлении Кины встали, все как один. Даже поклонились вежливо.
Паренек помоложе других, одетый в темно-коричневое, судя по всему, чей-то доверенный слуга, заметил меня и что-то зашептал остальным.
Надо отдать мальчикам должное, они, не успев еще сесть, тут же поднялись снова. И снова поклонились.
— Лорд Альберт Грейлон, барон Лонге, — представился невысокий темно-русый парнишка.
— Эльрик де Фокс, — буркнул я, даже не затруднившись придумать что-нибудь эльфийское. И так сойдет.
— Я понимаю, сэр, что наша просьба к благородной даме выглядит хамством. — Мальчик чувствовал себя неуютно (со мной все чувствуют себя неуютно, пока я стою), но держался. — Однако, поверьте, мы совсем не имели в виду как-то оскорбить леди. Просто, клянусь честью, ее дивное пение, которое мы услышали, сидя в этом зале, заворожило нас всех и заставило позабыть о приличиях.
Что ж, в этом я его прекрасно понимал. Равно как и в том, о чем он умолчал, но что ясно было по его лицу — сама Кина заворожила их всех куда больше, чем ее пение.
Дети. Что с них возьмешь?
— Благородная дама, насколько я понимаю, не возражает, — Я посмотрел на Кину. Нет, она не возражала. Девочке публика нужна была хоть какая-нибудь, а тут сам Грейлон, наследник герцогства.
Ну-ну.
Я развернулся и пошел наверх, спиной чувствуя озадаченные взгляды мальчишек. Их хамство моему в подметки не годилось. Его Высочество наследный принц Ям Собаки со свойственным ему высокомерием нарушает нормы поведения в обществе по шесть раз до завтрака. Я уж не говорю об обеде или ужине.
В комнате я стянул сапоги и завалился спать.
Надо же когда-то и чем-нибудь полезным заняться.
