— Философия, — махнул рукой Сернан. — Это всё философия. Любой вопрос можно перевести в философскую плоскость и рассуждать о нём до полного заворота мозгов. А мне конкретно интересно. Как плазмоиды на Юпитере смогли обрести разум?
Малыш, который до этого, не спеша, летал по столовой, завис перед нами и дважды «мигнул» (так разгорается и теряет яркость электрическая лампочка при скачущем напряжении).
Это означало, что ему хочется пообщаться.
Ему всегда хотелось общаться, но мы договорились, что просить об этом он будет только тогда, когда вопрос покажется ему действительно важным. При этом Малыш честно старался учить слова гарадского и русского языка, соотнося их произношение с визуальными образами, которые я или Джиа ему посылали. Хотя сама идея вербального общения была для него абсолютно незнакомой. Но ему было интересно, а это главное. Дети быстро учатся. Не только человеческие.
Я вошёл в
— Что, Малыш?
— О чём вы разговариваете? Мне показалось, что о нас.
— Частично. Мы говорили о том, как те или иные живые существа становятся разумными.
— Этого никто не знает, — авторитетно заявил Малыш.
— Почему же. Мы считаем, что разум возникает постепенно.
Малыш рассмеялся, по его «телу» пробежали весёлые искры-огоньки.
— Как это — постепенно?
— Шаг за шагом, — постарался объяснить я и послал картинку из Детской энциклопедии. Картинка изображала эволюцию человека от обезьяноподобного существа до прямоходящего кроманьонца.
— Вы ошибаетесь, — очень по-взрослому сказал Малыш. — Никто не знает, как возникает разум. Но все знают, что он возникает сразу. Как вспышка света. Как мысль.
— Так родители тебе рассказывали?
— Да. У нас есть существа, похожие на нас. Но у них нет разума, и он никогда не возникнет сам по себе. Пусть хоть великое множество приливов пройдёт. Думаю, у вас тоже есть такие существа.
— Есть, — подтвердил я. — Мы называем их животные. Скажи, Малыш, а как вы себя называете?
Конечно, это было не слово — образ. Сложно описать, но в слова я перевёл его так: обладающие разумом. Или просто разумные. Что ж, логично.
В карантине мы провели неделю в переводе на земное время. Анализы, исследования, снова анализы и снова исследования.
Малыша тоже не минула чаша сия. Ну а как иначе? Разумный плазмоид! Не где-то там на далёкой планете Юпитер за сотни световых лет от Гарада, а вот он, рядом, и абсолютно безопасен. В отличие от его взрослых сородичей. Грех не воспользоваться.
Конечно, исследовали Малыша очень и очень аккуратно. Можно сказать, даже нежно.
Снимки и видео в рентгеновском, инфракрасном, оптическом и ультрафиолетовом диапазоне спектра.
Воздействие слабым гамма-излучением, которое заведомо не может повредить существу, которое свободно передвигается в открытом космосе.
Микроволновое и терагерцевое излучение. Вплоть до радиоволн, которые, как выяснилось, Малыш вполне чувствует.
Измерение напряжение магнитного поля, а также напряжения и силы электрических токов.
Попытки хоть немного разобраться в сложнейшей структуре, которую представлял собой «организм» Малыша.
А структура была и впрямь сложнейшей.
Легко сказать — плазмоид. Когда копнули поглубже, то оказалось что есть там и свой мозг и даже нечто вроде кровеносной системы — тончайшие каналы, пронизывающие всё тело плазмоида, по которым бежала электрическая энергия, вырабатываемая (и получаемая извне!) специальным органом.
Этот орган выполнял фактически те же функции, что наше сердце, но, разумеется, был абсолютно на него не похож. Да что там — сердце, он и на генератор электрического тока тоже абсолютно не был похож, а ток, тем не менее, вырабатывал и принимал извне, работая одновременно как трансформатор.
Причём трансформатор уникальный и универсальный. Фактически любое электромагнитное излучение он улавливал и превращал в электричество, необходимое Малышу так же, как нам необходима кровь. Не спрашивайте, как, сам не понимаю.
Структура, выполняющая ту же роль, что человеческая нервная система, также имелась. По крайней мере, исследователи считали, что обнаружили её. Очень расстраивались невозможностью покопаться в ней как следует, поскольку для этого пришлось бы подвергнуть Малыша экстремальному физическому воздействию, что, разумеется, было абсолютно исключено.
Однако, некоторые интересные особенности выяснить удалось.
Например, если средняя скорость передачи сигнала по человеческим нервам в обычном состоянии равняется пятидесяти-шестидесяти метров в секунду, а в
То есть скорость реакции плазмоида превышала обычную человеческую, как минимум, в пять раз.
Но самым фантастическим органом, по всеобщему мнению, — даже фантастичнее мозга, хотя, казалось бы, куда уж фантастичней! — был слой энергетически насыщенной и сложно структурированной плазмы. Сам Малыш определял его коротким словом-образом, который Валерий Фёдорович Быковский перевёл лучше всех: Тяни-Толкай.
— А что, — помнится, засмеялся я. — Что-то в этом есть.
