— Поехали, Арлекин! — приказала Катерина и стукнула по крыше кареты.
— Пропустите, — спокойно произнес я.
Но стражи и не подумали подчиняться. Впрочем, чего я от них ждал — наемники это не военные, им зачастую закон не писан. Привыкли к тому, что война все спишет. Так что на таких ребят уговоры и разговоры вряд ли подействуют. Они порой хуже мародёров.
Один из стражей — лысый, похожий на жердь, подошел к козлам, и, достав нож, наставил оружие на меня. И знаком приказал молчать! Ох, неправильный ход. Подчинится такому может лишь трус или полный идиот. Впрочем, и нападать на противника в лоб, сейчас не имело никакого смысла. Семеро против одного — плохой расклад.
С наглым видом, усатый, схватившись за дверцу, все-таки немного помедлил, а потом попытался осторожно заглянуть внутрь. Но Катерина, скорее всего, была к этому готова. Она резко открыла дверцу, ударив любопытного наемника по лбу веером.
Я дернулся вперед — и тут же острие ножа уперлось мне в живот.
В направлении кареты ринулись еще двое воинов. Но и они опоздали! Оглушающий свист предостерег нас от начала серьезного конфликта.
К карете, с важным видом, подъехали латники на конях. Пять человек. Одеты единообразно, что подтверждало их принадлежность к регулярным войскам.
— А ну прекратить возню! Живо! — рявкнул здоровяк с седой бородой.
Усач обернулся, мгновенно оценил ситуацию и быстро отошел в сторонку как ни в чем не бывало.
— Дежурная проверка, капитане.
— А у вас разве могут быть вопросы к представительнице знати?
— Никак нет, — отрапортовал усач.
— Тогда проезжайте! — махнул рукой седобородый, и я незамедлительно исполнил его приказ.
Ближе к вечеру, как и планировалось, мы оказались у стен города. Толпившихся у ворот торговцев гнали вон, чтобы они устраивались на ночлег в нижний город, а у нас проблем не возникло — стражи сразу приметили знакомую карету и пропустили внутрь.
Дальше кони шли медленно, давая мне возможность осмотреть извилистые улочки и разношерстную публику. Минут через двадцать, мы оказались возле небольшого двухэтажного дома с высокой часовой башней в её правой части.
Нас уже встречали многочисленные слуги.
Я спрыгнул с козел и проследил за тем, как Катерину проводят в дом несколько молодых девушек. Ко мне подошел конюх, забрал хлыст и указал на парадный вход, возле которого стоял грузный мужчина в серых одеждах. Был он при шпаге и пистоле. Я не ошибся, если бы назвал его начальником охраны. Представителей этой должности можно узнать по одному тяжелому взгляду. Хмурый, пристальный, недоверчивый — он всегда должен подозревать всех вокруг, даже собственных нанимателей.
Мужчина приблизился, осмотрел меня с ног до головы и молча протянул руку. Понять, чего он хочет было несложно. Я снял с ремня пистоли и шпагу и передал охране вместе с перевязью.
— Следуй за мной, — произнес мужчина.
И я, безусловно, подчинился.
[1] Имя Арлекина происходит от имени озорного «дьявола» или «демона» французских народных театрализованных мистерий страстей Христовых.
[2]Кондотьеры (от итал. Condotta — договор о найме на военную службу) в Италии XIV–XVI веков были своего рода руководителями военных отрядов (компаний).
Глава 3. Допрос
Мы спустились вниз, миновали винный погреб: впереди шел здоровяк-охранник, а за мной двое тощих стражей с алебардами. Справиться с ними не представляло никаких сложностей. В узком помещении — считай, что они безоружные, размахивать таким длинным древком точно не получится. А вот главный был явно наготове, руку держал на пистоле, а вторую у пояса, где в ножнах имелся небольшой кинжал. Соберусь бежать — он наготове! Только непонятно, что за боец этот начальник охраны. Поэтому взвесив все за и против, я рассудил логично — шанс на побег упущен. Надо было бежать раньше, когда еще управлял каретой. А с другой стороны — зачем? Я спас дочь хозяина дома от неминуемой смерти. Какие ко мне могут быть вопросы? Люди во все времена одинаковые.
Оказавшись в небольшом подвале, я быстро осмотрелся — сбоку пылится сломанная дыба, посредине крохотная скамья и стол, сквозь узкое окошко струится дневной свет. Помещение видимо использовалось как склад, а не как место для допроса.
Стражники заняли свои позиции возле арочного входа, а здоровяк напротив меня — у стены.
— Итак, начнем. Ты, стало быть, из самого Бергамо? — тут же уточнил он.
— Так и есть, мессер, — спокойно ответил я.
— Допустим. Но как случилось, что ты вступился за сеньориту Висконте? Отвечай честно, как есть!
Хотелось ответить коротко и ясно. Но черт дернул меня за язык, и я затараторил:
— Совершенно случайно. Меня по дороге нагнала карета, затем всадники. Крики, стрельба. Я сразу понял: дело плохо. Но честно сказать, мне бы стоило пройти мимо и не искушать судьбу, если бы не разбойники! Они первые попытались лишить меня жизни. Так что я был вынужден защищаться. И сделал это весьма удачно!
Здоровяк сложил руки на груди — поза явно подтверждала его недоверие к моей скромной персоне, а еще пристальный взгляд от чего-то сделался задумчивым:
