Когда добрались до причала в Кэйп-Кри, уже стемнело, лишь едва сочился тусклый, туманный свет ущербной луны. Даже смуглое лицо Кэнайны казалось бледным и призрачным, когда она вышла из каноэ и обернулась, ожидая Рори. Он подошел к ней, а П. Л, который сам себя уполномочил надзирать за ними, стал рядом.
— Спасибо за помощь, - сказал Рори. - Без тебя нам бы это едва ли удалось.
— Мне было интересно: я держала ман-тай-о в руках. Он что-то оставил мне. Теперь он стал частью моего существа.
— Завтра мы вновь отправимся на Кишамускек ловить канадских гусей. Ты поедешь с нами?
— Нет, не поеду. Нискук — это ваша забота. Вот ман-тай-о — мой. Я поехала ради него. Нет никакой надобности мне отправляться туда опять.
Рори спрашивал себя, единственная ли это причина отказа. Она еще постояла рядом с ним несколько секунд и была так близко, что он мог слышать ее тихое, трепетное дыхание. Она стояла, отвернув голову, но поглядывая на П. Л. Черт бы его побрал!
— Спокойной ночи, Рори, — прошептала она и ничего не сказала П. Л.
Прежде чем Рори успел что-то ответить, она исчезла. Призрачная тень скользнула по тропе, и потом осталась только ночь, только ночь и П. Л.
Они взяли рюкзаки и молча пошли в темноте домой Берт Рамзей еще не ложился, он читал и, когда они вошли, вскочил на ноги.
— Добро пожаловать, путешественники, — сказал он. — Вы, наверное, услышали наши новости и вернулись за почтой. Нынче приняли по радиотелефону — завтра прилетает самолет.
— Когда? — опросил П Л.
— Рано. Около девяти, полагаю. Один из моих начальников совершает инспекционное турне. Задержится здесь на пару дней. А машина тотчас возвращается обратно.
Рори и П. Л. поднялись к себе. У дверей своей комнаты П Л. обернулся.
— Завтра не будем спешить, правда? — спросил он у Рори. — Я хотел бы дождаться почты.
— Ладно, подождем почты. — Рори пошел в свою комнату и быстро закрыл за собой дверь Не зажигая света, он прошел прямо к окну, но индейский поселок уже окутала мгла, лишь треугольники хибар и вигвамов неясно вырисовывались на сером ночном небе.
Он знал, где расположена хибарка Биверскинов, но и там не было света.
Они позавтракали, в половине девятого каноэ было нагружено и готово к старту, делать было нечего, оставалось только дождаться самолета. Рори все еще чувствовал горечь и озлобление, Как заставить целый месяц работать вместе двух таких несовместимых людей, как П. Л. и Джок? И когда ему представится случай снова встретиться с Кэнайной не на людях?
Купили еще продуктов, Рори уложил их в рюкзак, отнес в каноэ, вернулся домой. П. Л. вошел в комнату следом за Рори.
- Я не верю, что вы настолько влюблены в эту девицу, как думаете, иначе бы вы так с ней не обращались.
О боже правый! Он снова заводит эту песню! Рори сел на кровать и глубоко вздохнул.
— Я люблю эту девушку, я в этом уверен, но не знаю, какое вам-то до этого дело, — сказал Рори. — Впрочем, можете радоваться — я не намерен жениться на ней и никогда не собирался. Мне с самого начала было ясно, что это невозможно.
— Это я как раз и имею в виду, это только подтверждает мои подозрения. Вы подлый эгоист, у которого на уме лишь собственные удовольствия. Вы намерены все лето развлекаться здесь с ней, а потом оставить ее как ни в чем не бывало! Но до тех пор кое-что все-таки произойдет, совершенно ясно, что эта глупенькая девчонка тоже втюрилась в вас. Может быть,вы и сумеете покинуть ее и забыть, но чем дольше вы станете тянуть, тем труднее вам будет, а ей будет еще трудней, чем вам. Просто потому, что женщины так устроены. Им труднее влюбиться, но чертовски труднее разлюбить.
П. Л. замолчал, но ненадолго.
— Я хочу, чтобы вы подумали и о ней, — продолжал он. — Это и значит: держитесь от нее подальше. Оставьте ее в покое. Вы просто дразните ее. Играете, точно рыбак, который водит на удочке рыбу, когда знает, что наловил больше, чем нужно, и ему все равно придется выпустить ее, как только он вытащит ее из воды.
С беспокойством и ощущением неловкости Рори заерзал по кровати.
— Вы, вероятно, и так причинили ей непоправимый ущерб, — продолжал
он. - Небось заваливаетесь чуть не под каждым кустом, какой вам только попадется. Как кролики. Но разве вам не известно: мужчина получил свое и забыл, а женщина нет?
С улицы донеслись вопли индейских ребятишек, и Рори понял, что самолет уже подлетает к Кэйп-Кри.
- Или вы до сих пор ничего не поняли? Она пытается забыть вас и все прочее, весь тот мир, что вы собой представляете. Перед ней и так достаточно трудностей. А вы только чертовски затрудняете ей жизнь
Рори поднялся и даже не пытался ответить П. Л. Они вышли на улицу; Рори вновь почувствовал себя в полной растерянности; верно, П. Л. не такой уж глупец. В том, что он сейчас сказал, была горькая, но очевидная и неопровержимая логика.
