- Ну как же - не повинны! У вас была возможность уехать оттуда сразу же после приезда. Вы с самого начала видели, что их обычаи - не ваши обычаи. Однако вы остались, попользовались благорасположением одной из тамошних богинь, причем вели себя с ней так, будто сами были богом. Вам был известен расклад, и они знали, что он вам известен. Их ошибка была в том, что ваше ханжество они приняли за чистую монету. Нет, Бен, Майк и Джилл вели себя достойно - обиду нанесли им вы, ваше поведение.
- Черт бы вас побрал, Джубал, вы все время передергиваете! Я действительно зашел дальше, чем следовало, но бежать было просто необходимо: меня ведь чуть не вырвало!
- Получается, что все дело в физиологическом рефлексе? Да любой человек, который в эмоциональном отношении перевалил за двенадцать лет, просто сжал бы зубы, вышел в туалет, а потом вернулся с каким-нибудь правдоподобным извинением, когда все уже улеглось бы. Нет, это был не рефлекс. Рефлекс может вызвать рвоту. Но он не может заставить ваши ноги двигаться в нужном направлении, не может помочь собрать барахлишко, открыть двери и прыгнуть в антиграв. Это была паника, Бен. Вопрос в том, почему вы запаниковали?
Какстон долго молчал. Потом ответил с тяжелым вздохом:
- Раз вы так ставите вопрос, то, вероятно, потому, что я ханжа.
Джубал покачала головой.
- Ханжа думает, что его собственные жизненные правила и привычки - это законы природы. К вам подобное неприменимо. Вы приспосабливаетесь ко многим вещам, которые противоречат вашему нравственному кодексу, тогда как истинный ханжа просто обложил бы ту восхитительную татуированную леди и загромыхал бы к выходу. Надо искать глубже.
- Я знаю только то, что чувствую себя ужасно несчастным.
- Я уверен в этом, Бен, и мне вас очень жаль. Давайте рассмотрим гипотетический случай. Предположим, там была бы не Джилл, а, например, Майк и Рут, и они вам предложили бы тот же самый интим втроем. Вас это шокировало бы столь же сильно?
- Что? Ну конечно… Я, во всяком случае, считаю так, хоть вы и утверждаете, что это дело вкуса.
- И как бы это вас шокировало? До рвоты? До панического бегства?
- Будьте вы прокляты, Джубал! - Какстон был явно не в своей тарелке. - Ладно… я бы, видимо, нашел предлог и вышел бы в кухню или куда там, а потом уехал бы совсем…
- Очень хорошо, Бен. Вот вы и нашли первопричину всего, что произошло.
- Я?
- Что изменилось в нашем уравнении?
Какстон выглядел совершенно несчастным. Наконец он сказал:
- Вы правы, Джубал, это все из-за Джилл. Я слишком ее люблю.
- Вот это уже ближе, Бен. И все же дело вовсе не в любви.
- Я вас не понимаю.
- Любовь - не единственная эмоция, заставившая вас убежать. Что такое любовь, Бен?
- Что? Да… бросьте вы! Сколько народа от Шекспира до Фрейда пробовали замахнуться на этот вопрос, и никому пока не удалось на него ответить. Я знаю только одно - она ранит.
Джубал покачал головой.
- Я вам дам точное определение. Любовь - это состояние, при котором счастье другого человека - необходимое условие для вашего собственного.
Бен медленно проговорил:
- Годится… потому что я именно так отношусь к Джилл.
- Хорошо. Тогда вам придется признать, что ваш желудок взбунтовался и вы бежали в панике потому, что вам хотелось сделать Джилл счастливой.
- Эй, погодите-ка, ничего подобного я не говорил…
- Тогда, может быть, это была какая-то другая эмоция?
- Я просто сказал… - Какстон осекся. - О'кей! Я ревновал. Но, Джубал, я мог бы поклясться, что это не так. Я знал, что проиграл, я примирился уже давно… Черт!.. Я даже любил Майка не меньше, чем родного. Ревность бесперспективна, она никуда не ведет.
- Во всяком случае не туда, куда бы мы хотели. Ревность - болезнь, любовь - здоровье. Незрелый ум часто принимает одно чувство за другое или считает, что, чем сильнее любовь, тем сильнее и ревность, хотя в действительности они несовместимы. Одно чувство не оставляет места для другого. Объединенные - они могут вызвать непереносимые мучения, и я
- Нет, тут играли роль обстоятельства, Джубал! Эта гаремная обстановка, где каждая доступна для каждого, совершенно подавила меня. Поймите меня правильно! Я любил бы Джилл, даже если бы она была двухпенсовой б…ю! Но она же не такова! По своим представлениям, Джилл высокоморальная женщина!
Джубал кивнул.
- Я это знаю. Джилл обладает неукротимой невинностью, которая не позволяет ей совершать аморальные поступки. - Он нахмурился. - Бен, боюсь, что у вас, да и у меня явно маловато той ангельской невинности, которая необходима, чтобы жить в условиях совершенной нравственности, как живут эти люди.
Бен так и подскочил.
- Вы хотите сказать, что подобные вещи нравственны? Я понимаю, что Джилл не ведает, что поступает плохо, ибо Майк задурил ей голову, а Майк, в свою очередь, тоже не знает, что хорошо, а что плохо. Он же «Человек с Марса»!.. У него было такое детство…
Джубал снова нахмурился.
