Изящный все-таки штришок – эти самые «Древнейшие», внутренне ухмыльнулся Джубал, куда колоритнее, чем просто «Старики», и слава богу, что Майк не стал ерепениться. А вот чередовать марсианскую речь с английским переводом придумала Джилл; Джубал с удовольствием признал, что такой простенький трюк сделал короткое вступительное обращение, не более содержательное, чем какая-нибудь предвыборная речь, ярким и впечатляющим, что твоя вагнеровская опера (и столь же малопонятным).
А Майку – ему все равно, что по-английски нести эту чушь, что по-марсиански, что – и так, и так; для него же главное – доставлять своим братьям по воде удовольствие.
Легкое прикосновение к плечу и шепот: «От генерального секретаря»; Джубал почувствовал в своей руке конверт, обернулся и увидел спину быстро удаляющегося Бредли.
В конверте оказалась записка со всего одним словом: «Да» и подписью: «Дж. Э. Д.»; чернила, конечно же, зеленые, знаменитые на весь мир.
Подняв глаза, Джубал встретил выжидающий взгляд Дугласа и едва заметно кивнул; Дуглас сразу же отвернулся. На чем, собственно, и закончились переговоры – оставалось только известить мир об их результатах.
Ну, слава богу, вроде и Майк заканчивает. Это ж какой насочинял я напыщенной белиберды, немного виновато подумал Джубал. Вон чего он несет: «…взращивая, на благо обоих миров, нашу близость», «…в соответствии с природой и обычаями каждого из наших народов…»
В своем ответном слове Дуглас кратко, но очень тепло поблагодарил Человека с Марса.
И тогда встал Джубал:
– Господин генеральный секретарь…
– Да, доктор Харшоу?
– Положение мистера Смита двойственно. Подобно отважным принцам из истории нашего великого племени, пересекавшим безжизненные пустыни и неизведанные морские просторы, чтобы нанести далекому царству визит доброй воли, он принес нам вести от Древнейших Марса. Однако не следует забывать, что в то же самое время он – человек, более того – гражданин Федерации и Соединенных Штатов Америки. В этом своем качестве он имеет здесь и права, и обязанности, и самую разнообразную собственность. Самую разнообразную, – сокрушенно покачал головой Джубал, – это еще очень слабо сказано. В качестве доверенного лица мистера Смита, я долго пытался разобраться в его делах, но так и не сумел хотя бы составить достаточно точный список этой собственности – не говоря уж о том, чтобы решить, о чем стоит сообщать налоговому управлению, а о чем – не стоит.
Джубал замолк и некоторое время шумно, с хрипом и присвистом, переводил дыхание.
– Я старый человек. Я могу не успеть завершить эту работу. Как вам хорошо известно, мой клиент полностью лишен делового опыта – в нашем, человеческом смысле. На Марсе вся жизнь организована совершенно иначе. В то же время он обладает огромными способностями, да и немудрено – его родители были гениями, наследственность – она всегда скажется. Не возникает ни малейших сомнений, что через несколько лет он, при желании, легко обойдется без помощи старого, обессилевшего адвоката. Но это – через несколько лет, а его дела требуют руководства сегодня,
Джубал секунду помолчал и закончил немного озабоченно:
– Ну а все остальное, господин секретарь, не представляет особого интереса для общественности. Может быть, нам следовало бы поговорить один на один? И не злоупотреблять временем всех здесь собравшихся.
– Нет, мистер Харшоу, – покачал головой Дуглас. – У меня не может быть тайн от народа. Хотя, – добавил он, – официальная часть встречи закончена и все желающие могут уйти.
Желающих не нашлось.
– Ну хорошо, – вздохнул Джубал, – собственно говоря, все можно сказать одной фразой. Мистер Смит хотел бы видеть вас своим доверенным лицом, с передачей вам всех прав на ведение его дел.
Дуглас довольно убедительно изобразил полное изумление.
– Должен признаться, доктор, что мне несколько странно слышать такое предложение.
