Чужак в стране чужой полностью

– Слушай, сынок. Мои требования абсолютно разумны. Мы приехали для небольшого неофициального разговора – и вдруг видим, что вы устроили тут настоящий цирк. А раз устраиваешь цирк – нужно заводить слонов. Понятно, что вы не можете исполнять марсианскую музыку – равно как мальчишка с жестяной дудочкой не мог бы сыграть симфонию. Но симфонию-то вы можете сыграть – «Симфонию десяти планет»? Вгрокиваешься? Я хотел сказать: «Ты меня понимаешь?» Записи у вас есть, включите тему Марса… ну, или хотя бы достаточное количество тактов, чтобы ее можно было узнать.

Ла Рю задумался.

– Да, пожалуй что можем… но только, доктор Харшоу, я все равно не могу обещать вам государственные почести – даже на таком, импровизированном уровне. Я… у меня нет достаточных полномочий.

– А главное – пороху, – презрительно бросил Джубал. – Что ж, нам весь этот цирк не нужен, так что скажи мистеру Дугласу, что зайдем в другой раз, когда он будет посвободнее. Очень приятно было познакомиться. Когда мы приедем снова, забегай в кабинет генерального, поболтаем – если, конечно, ты еще будешь здесь работать. – И он снова изобразил из себя немощного старика, с трудом и мучениями пытающегося встать на ноги.

И снова Ла Рю его остановил:

– Не уходите, доктор Харшоу, я очень вас прошу. Секретарь не придет, пока мы не сообщим, что все готово. Я попробую, может, как-нибудь и удастся. Хорошо?

– Валяй, – махнул рукой Харшоу, со стоном опускаясь в кресло. – Пробуй. Только вот еще, пока ты не ушел. Минуту назад я слышал шум – там вроде бы хотели прорваться какие-то ребята с «Чемпиона». Они же друзья Смита, так что пусть их пропустят, место мы им найдем – а на нашей стороне и вправду малость пустовато. – Он тяжело вздохнул и начал массировать себе спину где-то в районе левой почки.

– Хорошо, сэр. – Ла Рю сухо кивнул и исчез.

– Начальник, – драматическим шепотом вопросила Мириам, – ты где это успел спину потянуть? Позапрошлой, что ли, ночью, когда делал стойку на голове?

– Стихни, а то сейчас выпорю.

Джубал с удовлетворением оглядел зал, продолжавший заполняться «персонами высшего ранга». Он специально сказал Дугласу, что хочет провести «неофициальные переговоры в тесном кругу», – подобные заявления привлекают власть имущих почище, чем запах колбасы – голодную кошку. И теперь эти набобы будут обращаться с Майком как с главой суверенной державы – на глазах у всего мира. После такого им просто духу не хватит захоботать мальчонку!

Санфорт выпроваживал из зала репортеров; вконец затурканный помощник главы протокола сильно смахивал сейчас на нервную воспитательницу детского садика, проводящую игру в «музыкальные стулья»: стульев тех было слишком мало, а детишек – извините, «персон» – слишком много. И с каждой минутой становилось больше. Судя по всему, Дуглас и не намеревался начать переговоры раньше одиннадцати, о чем знали все, кроме «марсианской делегации»; Джубала позвали раньше с единственной целью провести приватную предварительную беседу – от которой он отказался. Ну что ж, время зря не пропало.

Появился лидер Восточной Коалиции. Из неких сложных политических соображений мистер Кун не стал сегодня возглавлять делегацию своей страны; строго говоря, для протокола он был всего лишь одним из ее рядовых членов – однако Джубал ничуть не удивился, когда юный протокольный помощник забыл обо всем остальном и бросился усаживать главного политического противника Дугласа за стол перего-воров, рядом с местом, отведенным для самого́ генерального секретаря. Это лишний раз подтверждало, что Дуглас далеко не дурак.

Майк вскочил, с восторгом приветствуя доктора Нельсона и капитана ван Тромпа; обрадовался и Джубал – теперь репортерам было что снимать, а то раньше парень сидел неподвижно, словно какой тебе истукан. Кроме того, возникший переполох предоставил хорошую возможность разместить всех как надо. Предусмотрительный доктор усадил Майка прямо напротив генерального секретаря – и справа от себя, чтобы иметь возможность до него дотрагиваться. В человеческих манерах и обычаях Майк разбирался более чем смутно, а потому Джубал договорился с ним о системе незаметных сигналов вроде той, которую используют при работе с дрессированной лошадью – «встань», «сядь», «поклонись», «пожми руку». С тем единственным отличием, что Майк оказался значительно сообразительнее средней кобылы и усвоил все минут за пять.

– Доктор, – тронул Джубала за локоть Махмуд, – шкипер и врач – тоже братья по воде нашего брата; Валентайн Майкл хотел подтвердить это новым водным ритуалом, включающим всех нас сразу, но я сказал ему погодить. Вы согласны?

– Что? Конечно, конечно. Ну как же можно в такой толпе? – (Господи, да сколько же у этого Майка братьев?) – Знаете, а может, поедете вы, все трое, с нами, когда эта бодяга закончится? Перекусим, поговорим спокойно…

– Сочту за честь. Я почти уверен, что и они не откажутся.

– Вот и прекрасно. Доктор Махмуд, вы не знаете, тут не могут появиться еще какие-нибудь братья нашего юного брата?