Но капитан обернулся – то ли заметил что-то во взгляде Джейми, то ли его ушей достиг тяжелый вздох Мурты, а может, сработал инстинкт солдата. И уклонился – слишком медленно, чтобы совсем миновать удара, но достаточно быстро, чтобы тот не стал смертельным. Капитан упал на землю с оглушительным ревом – он до сих пор стоит в ушах, – однако успел ухватить Мурту за запястье и увлек за собой в заросли мокрого дрока.
Они сцепились, а Джейми бросился следом, продираясь через кусты с каким-то оружием – с каким?
Джейми забыл. Он чувствовал лишь вес предмета, который держал в руке; какой формы, из чего?
Воспоминание растаяло. Остался один-единственный образ. Мурта. Мурта со стиснутыми зубами, оскаленными в борьбе. Мурта, который явился, чтобы спасти его.
На плечо легла рука – Роджер Мак, бледный, но спокойный.
– Пойду посмотрю на них. – Он кивнул на ручей. – Ты как, в порядке?
– Да-да, конечно, – ответил Джейми, будто пробудившись ото сна.
Роджер Мак стал спускаться, затем вдруг повернулся и опять положил руку Джейми на плечо. Тихо произнес: «
Роджер никогда в жизни не ощущал ужаса, подобного тому, который охватил его, когда он впервые взял на руки новорожденную дочь. От роду ей было несколько минут, кожа напоминала лепестки орхидеи – такая нежная, что он боялся, как бы на ней не остались следы его пальцев. Но ему невероятно хотелось дотронуться до нее. Он провел согнутым пальцем по пухлой маленькой щечке, разгладил темную паутинку волос, сам не веря своему счастью.
– На тебя похожа, – сказала изможденная и мокрая Брианна, такая красивая, что больно смотреть. Она откинулась на подушки и широко улыбнулась, и точно так же улыбка на ее губах растаяла от усталости.
– Правда? – Роджер не отводил глаз от крошечного личика – не в поисках сходства, просто не мог наглядеться.
Они с ней давно познакомились – она ворочалась и пиналась в животе у Брианны, он наблюдал, как она растет, клал руку жене на живот, когда лежал рядом, нежно подшучивал. Между собой они прозвали ее малышом Отто, они ведь не знали, кто у них родится. Смешно: Роджер вдруг расстроился, что Отто больше нет. Крошечное существо у него на руках – кто-то совсем другой.
