– Или инфекционный эндокардит. А может, и обойдется.
– Она умрет? – С виду дочь была спокойна, но я-то видела, как она прижала малышку к груди. Я не могла ей солгать.
– Возможно, – страшное слово повисло в воздухе. – Наверняка ничего неизвестно…
– Возможно… – повторила Брианна. Я кивнула и отвернулась, не в силах выдержать ее взгляд. Без оборудования для эхокардиограммы судить о масштабах проблемы очень сложно. У меня в распоряжении были только глаза и уши.
– Ты можешь ее вылечить? – Голос Брианны дрожал. Она склонилась над Амандой. Слезы одна за другой капали на темные завитки на детской макушке.
– Нет, – прошептала я, обнимая обеих. – Не могу.
– Значит, выхода нет, нужно идти обратно, – сказал Роджер с ледяным спокойствием. Он прекрасно понимал, что спокойствие напускное, первая реакция на горе.
Брианна молча подняла на мужа глаза. Малышка, завернутая в шерстяное одеяло, сопела у нее на руках.
Клэр все ему растолковала, терпеливо повторила несколько раз. И все же он не мог поверить. Глядя, как синеют у Аманды ноготки, когда она берет грудь, Роджер чувствовал, как сердце разрывается на части.
Клэр объяснила, что нужна простая операция в современной больнице.
– А ты не сможешь? – Он кивнул на операционную. – Под эфиром?
Клэр безнадежно покачала головой.
– Нет. Я могу сделать только что-то очень простое – аппендицит удалить, грыжу, миндалины. И то рискованно. А тут операция сложная, и Мэнди такая крошка… Нет, никак. Если хотите, чтобы ребенок выжил, нужно перенести ее в то время.
Мы принялись строить немыслимые планы. Порой нужно принимать непростые решения. Одно несомненно – Аманде предстоит пройти через камень. Если она выдержит.
Джейми Фрэзер взял рубиновое кольцо, доставшееся ему от отца, и поднес к личику внучки. Аманда засмотрелась на камень, даже язычок высунула. Джейми улыбнулся, несмотря на тяжесть, лежавшую на сердце, и опустил руку, дал ухватиться.
– Ей нравится, – сообщил он, ловко отнимая у внучки кольцо прежде, чем она сунет его в рот. – Давай на другую штуку посмотрим.
Он имел в виду амулет Клэр – кожаный мешочек, который много лет назад подарила ей старая индейская знахарка. Он был расшит какой-то ерундой – травами, думал Джейми, перьями, может, даже косточками летучей мыши. А внутри хранился настоящий неограненный сапфир.
Аманда повернула головку. Мешочек заинтересовал ее больше, чем кольцо. Агукая, она потянулась к нему ручонками.
Брианна вздохнула.
– Может быть. – В ее голосе слышалось больше страха, чем надежды. – Наверняка мы не знаем. Что, если я пройду, а она нет?
Все замолчали, воображая себе невыносимую, жуткую ситуацию.
– Тогда ты вернешься, – сказал Роджер и положил руку ей на плечо. – Сразу вернешься назад.
– Хорошо, я постараюсь. – Брианна выдавила из себя улыбку.
– Джемми здесь? – спросил дедушка.
Конечно, малыш крутился неподалеку. Он не отходил от матери все эти дни, как будто чувствовал – что-то стряслось. Ребенка обнаружили в кабинете у Джейми. Он внимательно изучал…
– Иисус Христос! – воскликнула Клэр и отняла книгу. – Джейми, куда ты смотрел?
Тот покраснел как рак. И правда, куда. Истрепанный экземпляр «Мемуаров женщины для утех» Клеланда попался ему среди стопки книг, купленных у старьевщика. Тогда Джейми взял их все скопом, особо не рассматривая, а потом… Что ж, у него рука не поднялась выкинуть книгу.
– Папа, что такое фал-лус? – звонко спросил Джемми.
– Так мужской орган называют, – коротко ответил Роджер. – Не говори больше это слово. Стой… А ты слышишь звук этого камня? – Он указал на кольцо Джейми, которое лежало на столе.
Малыш просиял.
– Конечно!
– Слышишь? – недоверчиво переспросила Брианна.
Джейми обежал кругом родителей и бабушку с дедом.
– Конечно! Он же поет!
– Думаешь, Мэнди тоже слышит? – спросил Джейми. Сердце у него забилось быстрее.
Джемми схватил кольцо и поднес к колыбельке Аманды. Она засучила ногами и загулила. Только не ясно, кольцо так подействовало, или она обрадовалась брату.
– Слышит, – улыбнулся Джем.
– Откуда ты знаешь? – спросила Клэр.
Мальчик удивленно посмотрел на нее.
– Она сама сказала.
Мы так ничего и не решили. И вместе с тем решили все. Уши и пальцы меня не обманывали. Аманде становилось хуже. Серьезные последствия нагрянут, может быть, через год или через два, но они неизбежны.
Сколько было споров, разговоров, сколько слез. Брианне с Амандой предстояло пройти через камни. Должен ли Роджер отправиться с ними? А Джемми?
– Я не пущу тебя одну, – настаивал Роджер, стиснув зубы.
– Я и не хочу идти туда одна, без тебя! Но на кого мы оставим Джемми? Брать его с собой я боюсь. Судя по легендам, младенца пронести еще можно. А мальчика? Что, если камень его убьет?
Я посмотрела на камни, лежавшие на столе – в кольце Джейми и на моем мешочке.
– Нужно найти еще два камня, – сказала я. – На всякий случай.
В конце июня мы спустились с гор.
