Сейчас никто, даже боги, не знали, где находятся два остальных ключа. Поэтому ликовал император – врата открылись не в смертельно опасных горах, не посреди озера или моря. Но и хмурился, слушая лазутчиков. Чутье шептало: что-то тут не так, – а Итхир-Кас был слишком опытен и стар, чтобы не доверять чутью, которое не раз спасало его от предателя или врага.
– Твои верные воины обследовали окрестности и, несмотря на тьму, нашли поблизости город. Совершенно пустой, мой повелитель, будто люди ушли или умерли. Там нет ни огней, ни их машин, и это вызывает опасение. Мы знаем, что люди нового мира пишут названия своих городов на досках у дорог. Лазутчики нашли такое название, но я не смог прочитать его – написано оно на ином языке, не том, которому ты учил нас. Однако здесь, в лагере, есть загон с пленными – я приказал показать название им, и один из них смог сказать, что это язык страны Йеллоувинь, и написано на нем «Менисей».
Император повернулся к стене шатра, на котором висели огромные карты двух материков и каждой из стран, вывезенные с Туры. Подошел, и один из военачальников, отвечающий за связь между армиями, показал ему и Йеллоувинь, и город Менисей почти у гор. Вокруг лежали леса и поля, были видны ниточки дорог и рек, деревеньки и города. До столицы было очень далеко. Плохо – лучше внезапный удар, чем долгий поход через всю страну, но мощи его армии хватит, чтобы дойти и победить.
Если только он чего-то не упускает.
– Врагам неоткуда знать, где открылись врата, – сказал Итхир-Кас, – но пустой город может быть знаком ловушки. Нужно выяснить, в чем дело, обследовать его. Ждите рассвета, – приказал он, – выводите пока только половину раньяров, чтобы, если это ловушка, мы не потеряли всех.
Пелена тумана надежно скрывала части йеллоувиньской армии до самого рассвета, позволяя им занять нужные позиции и окопаться насколько возможно. А когда небо за спинами солдат начало светлеть и первые лучи солнца погнали туман прочь, несколько изумленных всадников заметили высокие, демонстративно воткнутые по всему полукругу обороны фиолетово-желтые стяги противника и погнали стрекоз к порталу.
Хань Ши видел, как разом поднялись в воздух раньяры и полетели к первым оборонным линиям йеллоувиньцев – там лежали пулеметчики, там готовились к бою бойцы минометных расчетов. Держась выше предела пулеметного выстрела, иномиряне облетели все видимые укрепления.
Солдаты Йеллоувиня не стреляли, хотя Хань Ши понимал, как страшно им и как сжимаются пальцы иных на спусковых крючках. Но недаром в Йеллоувине терпение, спокойствие и выдержка считались высшими добродетелями.
Солдаты и офицеры ждали, трепетали стяги, и огромное поле, способное вместить несколько армий и все еще укрытое легкой дымкой, тоже ждало противника.
– …Они либо глупы, либо очень хитры, мой повелитель. Но как они могли узнать, где откроются врата?
– Неважно, – усмехнулся Итхир-Кас, чувствуя, как кипит кровь. Все же боги благоволят ему. – Они вызывают нас на бой. И мы дадим им этот бой. Дадим, и затем, как тха-охонг по чахлому лесу, пройдем до столицы. Они сами привели армию сюда и дали нам такую возможность!
– Но это может быть ловушка, – проговорил генерал. – Мы не знаем их мощи: нам наверняка показали не все.
– Ты умен, Бематон, – кивнул император. – Ты запомнил, как я учил тебя не отказывать врагу в уме и хитрости. Но и они не знают нашей мощи. Пусть думают, что заманивают нас: мы сами станем им ловушкой. С нами пойдет тысяча невидши, с которыми не справиться ни их пулям, ни воинам. Невидши так быстры, что их не взять орудиями, мечущими огонь на расстоянии. Я сам поведу их. Единственная опасность – это маги наших противников, но и их можно убить. Твоя задача – уничтожить магов и машины, плюющиеся огнем, чтобы уберечь большую часть тха-охонгов и раньяров. Скажи нейрам, что за каждое уничтоженное орудие и каждого мага я одарю воина мешком золота. Выступаем, Бематон.
Наконец из портала показались небольшие отряды охонгов и единичные тха-охонги, зазвучали горны. Иномиряне не стали рисковать и пытаться вывести больше войск, надеясь на бездействие и благородство противника: в воздух поднялись сотни раньяров и понеслись в сторону йеллоувиньских передовых линий.
Хань Ши, поставив щит над собой и командным пунктом, пил чай и видел сквозь просветы деревьев, как разделяется туча иномирянской саранчи на десятки групп, чтобы не попасть под один удар. Враги, видимо, были научены опытом прошлых битв.
– Они пошли в разведку боем, – почтительно склонился к нему адъютант, чьей задачей было держать императора в курсе текущих дел. – Хотят выяснить наши ресурсы и прикрыть выход основной армии.
За его спиной, в командном пункте, бесконечно гудела радиосвязь, командующий армией Хэ Онь отдавал приказы, связисты и командиры работали как единая команда – и императору нравилось это.
