Раздался всхлип, но когда Хань Ши поднялся, глаза друга были сухи и лицо спокойно. Император сжал в ладони пиалу – и из нее поднялась крохотная роза, расправившая листья, распустившая золотистый бутон. Вокруг разлилось дивное благоухание.
– Я все сказал моей старшей супруге, моей Бабочке, – проговорил Хань Ши. – Но не сделал подарок. Вот тебе моя просьба, друг – уезжай сейчас и отдай ей это. Она поможет ей спать без тоски.
– Да, мой господин. – Йо Ни поклонился, прижался губами к ладони императора и с трепетом взял в руки волшебную розу. Хань Ши шагнул вперед, в первый раз за жизнь обнимая верного слугу, – и отпустил его, отворачиваясь к гвардии. Сто воинов, сто мечей – среди которых еще недавно был и Вей Ши.
Мысль о том, что внук надежно спрятан и будет долго спать, согрела душу, тронула улыбкой губы, еще помнящие вкус лучшего чая в жизни.
– Сыны Йеллоувиня, мои императорские клинки, пришло наше время, – сказал Хань Ши гвардейцам, вытянувшимся перед ним. – Вы – лучшие воины страны. Примете ли вы мою силу?
– Да, великий император!
– Готовы ли вы биться так, чтобы войти в легенды?
– Да, великий император!
– Я поведу вас. Вы пойдете со мной?
– Да, великий!
Император раскинул руки, гортанно и громко выводя Слово призыва – и тотчас от всех могучих деревьев, поднявшихся за прошлые сутки, оторвались духи-равновесники, созревшие в них. Семена, взятые из императорских садов, наполненные силой Ши и силой духа-колодца, потомки деревьев, которые были посажены еще первым Ши, породили волей императора равновесников необычайной мощи.
Сотня переливающихся золотым и фиолетовым туманных птиц зависла над гвардейцами.
– Слушайте меня, дети стихии моей! – император говорил тихо, но его слышали все. – Укрепите эти тела, дайте им мощь и неуязвимость, помогайте им в бою. Напитайте их клинки силой, чтобы они могли разрезать даже камень! Будете служить им до тех пор, пока врага не изгоним с Туры! Я дал вам жизнь, и в награду ваше древо-пристанище останется вашим домом навсегда!
Птахи закружились в воздухе цветной стаей, одна за другой дымкой падая к гвардейцам, втягиваясь через ноздри. Воины бледнели, но не отшатывались, и кожа их становилась золотистой, а глаза – необычайно фиолетовыми.
– Теперь вы быстры и сильны, мои воины, – император сложил руки в рукава. – Убивайте инсектолюдей, не жалея, – это противоестественная жизнь, которой не должно быть. Каждый из вас способен справиться с десятком, атои сотней из них. За мной!
Через мгновение на его месте появился большой тигр и помчался в сторону портала, за которым кипел бой. А гвардейцы побежали за ним, почти не касаясь земли, побежали вперед него, достигнув рядов врага за несколько минут, и врезались в них, круша и невидши, и охонгов. Один из гвардейцев прыгнул было на старика в черных доспехах, которого закрывала группа инсектолюдей, но тот нахмурил брови – и воин покатился по земле, корчась и держась за голову.
Но невидши отступали под напором новых бойцов, и иномиряне в страхе смотрели, как один из золотистых людей рвет охонга пополам, как второй простым ударом клинка разрубает неуязвимого невидши, как третий, прыгнув на невиданную высоту, хватает за лапу раньяра и бьет его об землю так, что тот ломается.
Старик тоже видел это – и, брезгливо отшвырнув еще одного гвардейца, что-то яростно крикнул ввысь. Несколько всадников на раньярах полетели к порталу, нырнули в него. А через пару минут оттуда полилась река охонгов и тха-охонгов, инсектолюдей и иномирян.
Хань Ши, находящийся на полпути к полю боя, удовлетворенно сощурился и рыкнул. Иномиряне наконец-то выводили в Йеллоувинь основные силы своей армии.
– Эй, ты как здесь оказался?
Вей Ши открыл веки, и его ослепило буйством красного и оранжевого. Запахло травой, землей и родниковой водой.
Он не чувствовал тела – в голове шумело, в глазах вновь начало темнеть, но остатки сознания подсказали, что он должен быть сейчас у города Менисей, а заснул, потому что пропустил ментальный удар, и сейчас снова засыпает, засыпает…
– Девочка, – позвал он через силу, – говори со мной, пожалуйста, говори!
– Какой вежливый, – раздалось обиженное, но шум в голове сразу стал меньше. – Как бросать меня здесь, так ничего. Как появляться без спросу, тоже ничего. Кстати, ты почему такой вялый?
– Меня усыпили, – буркнул Вей Ши, старательно моргая. Девчонка, беленькая, кудрявая, с лицом-сердечком сидела на суку и болтала босыми ногами. Взгляд у нее был пресердитый. – Ты… ты не дашь мне воды?
– Она же не настоящая, – фыркнула Каролина Рудлог.
– Она создана моей волей, – еле ворочая языком, объяснил наследник. – Она мне поможет. Пожалуйста, принеси ее мне. Я так хочу пить.
Девочка Юноти, обиженно взиравшая на него сверху, как-то внезапно смягчилась и соскочила с дерева. Набрала в сложенные ладони воды, поднесла ему – и Вей понял, что он здесь в виде тигра, потому что попить не вышло, пришлось лакать.
– Еще, – попросил он. – И говори… пожалуйста.
