Не то что я был жадным в отношении денег, нет, мне хватало на жизнь, были и накопления, позволяющие мне купить квартиру, машину, работа приносила мне хороший доход, но, не смотря на такие возможности, я презирал меркантильных девушек. Может, именно поэтому в том числе к двадцати восьми годам оставался холостяком.
Даша в этом направлении себя никак не проявляла. Мне самому иногда даже хотелось чем-то побаловать, удивлять и вкусно кормить. Она радовалась буквально всему: приглашению в кафе, букету цветов, неожиданно купленному подарку.
Когда я разыскивал ублюдка я узнал, что у него была не только моя сестра, и деньги он тянул не только из неё. Но, почему же так не неприхотлива его сестра? Неужели не баловал её, получая деньги у тех, с кем спал? Он пользовался популярностью у девчонок, в основном молодых, юных, неопытных. Видимо, умел обаять, сказать то, что хотят слышать, и получал то, что было нужно.
Что касается моей сестры, я Настю баловал. Мне кажется, она вообще у нас была залюбленной в семье: самая младшая, девочка, любимая и желанная для родителей.
Как утверждают психологи, возраст современной молодёжи сильно отличается от возраста молодёжи лет 30 назад. Если во времена наших бабушек и дедушек, родителей в 20 лет уже вовсю работали и обзаводились семьями, то сейчас в 20 лет ещё детство в попе играет.
Ко мне это утверждение не относилось. Меня сложно было назвать мальчиком с детством в попе. С самого рождения во мне не было особого разгильдяйства. Родители не навязывали мне обязанность присматривать за сестрой. Да, говорили про ответственность, но навязывать — никогда. Я сам как-то решил в одиннадцать лет, что моя сестра во мне нуждается, она маленькая, а я взрослый.
Сейчас при анализе наших отношений я понимаю, что иногда сам воспринимал свою сестру чуть ли не как свою дочь.
В отношениях с Дашей притворяться мне становилось всё сложнее с каждой встречей. Ничего у меня не получается в части получения информации о Дашином о брате. Она всячески давала понять, что разговоры это ей не нравятся.
Наши отношения оставались до настоящего времени платоническими, я не переходил какие-либо грани, не хотел. Поцелуи с ней меня заводили меня в такие фантазии, от которых вечерами хотелось лезть на стенку. Во мне словно боролись два человека: один требовал мести, чтобы их семья страдала как наша, другой требовал жить по чести и достоинству. И чем больше узнавал её, тем тяжелее обходилась эта внутренняя борьба. Пару раз я напрашивался к ней в гости. Не пригласила. Мне нет никакого дела до её квартиры, места, где она живёт. По сути, какая разница. Главное в этой истории не раскрыться в мотивах этих встреч. Но там я хотя бы мог узнать крупицы информации.
После свиданий я чувствую себя словно выжатый лимон. Непросто держать всё в себе. Проблема в том, что Даша, в общем-то, неплохая девушка. Её смазливое личико, добрая натура всё больше привлекает меня. Но уделять ей больше времени — риск. Она может решить, что всё очень серьёзно, напридумывать себе, что впереди у нас совместный быт, свадьба, дети и прочие радости совместной жизни.
В мои планы такое точно не входит, хотя понимаю, что если не брать историю с семьёй, наше общение комфортно, мне интересно с ней, нехотя, но втягиваюсь в это.
— Улетай со мною в облака, в руке твоя рука, — напеваю песню, поднимаясь по лестнице домой после очередной встречи с Максимом.
Мы встречались не каждый день, но как только удавалось, бежала к нему на свидание. Мы много гуляли, не всегда разговаривая, но при этом я не испытывала неудобства от молчания.
Иногда, правда, мне казалось, что в нём живёт два человека. Когда он сказал мне, что по знаку зодиака он весы, я не удержалась и рассмеялась.
— Что тебя так развеселило? — он не понял моей реакции.
— Извини, я не хотела тебя обидеть. Просто иногда ты кажешься мне таким, как бы правильно подобрать слова, чтобы ты понял… близким… Я не о физическом понимании этого слова, — покраснела, чувствую, — я о душевном. А иногда мне кажется, что ты не рядом, не со мной, в своих мыслях. Поэтому и засмеялась. Весы же! Теперь всё ясно!
Он скупо улыбнулся, но ничего не ответил.
Теперь каждый день как будто приобрёл смысл, радость, я обожала этот мир так сильно как никогда ранее. Постепенно открывалась перед ним, замечая за собой, что начала говорить о своих мечтах и целях в жизни.
Выяснилось, что у нас много общих интересов, мы словно находимся на одной волне и схожи во многих аспектах. Мы постепенно открывались друг перед другом, но больше я, он был замкнут. Я списывала это на то, что он мужчина, взрослый мужчина, и он не любит пустой болтовни.
А когда он целовал, я ощущала безграничное чувство любви, которое, становится невозможными сдерживать. И мне было стыдно перед самой собой в те моменты, потому что я хотела бОльшего.
Зайдя в квартиру в нос ударил запах валерьянки. Мама сидела на кухне и плакала.
— Мама, что случилось? — присев перед ней на колени посмотрела в заплаканное лицо.
