Хиллиард вставил свою личную карточку в прорезь замка командного отсека, дверь бесшумно отъехала в сторону, и руководитель экспедиции вышел в коридор. Створка так же тихо закрылась, щелкнули магнитные замки, и на идентификаторе вновь вспыхнула красная лампочка. Капитан развернул кресло в сторону компьютера и начал набирать программу нового курса.
Рональд Хиллиард работал на «Уэйленд-Ютани» со дня окончания колледжа. Уже в молодости он обращал на себя внимание незаурядным умом и способностями. Его дипломная работа на тему «Робототехника и проблема искусственного разума» была оценена по достоинству, и он получил приглашение поступить на работу в отдел разработки роботов-андроидов Компании.
За несколько лет благодаря своему таланту и исключительной трудоспособности он дослужился до начальника отдела и вошел в совет директоров. Его главной заслугой была проектировка и воплощение в жизнь идеи робота-человека. До него уже создавались некоторые подобные модели, но только Хиллиарду удалось создать андроида, ничем не отличающегося (по крайней мере внешне) от живого человека. Первого андроида серии, получившей название «Бишоп*.
Эти роботы во многом превосходили людей. Они были сильнее, выносливее, могли находиться в таких сферах обитания, где человек не выдержал бы и минуты. Они были быстры и точны, но в то же время прекрасно уживались с настоящими людьми, обладали чувством юмора (порой весьма своеобразным) и могли ценить прекрасное. Их рассудительность, точность в выполнении любых, даже самых сложных, заданий делали андроидов незаменимыми спутниками и помощниками исследователей с Земли. Пусть искусственные люди были до чрезвычайности дороги, а производство (или рождение?) занимало не один месяц и было настолько сложным, что над производством одного синтетика трудилось одновременно не менее двухсот человек, – но они себя целиком оправдывали и окупали. Вначале создавался механический скелет синтетика и его компьютерный «мозг», куда закладывалась индивидуальная программа. Затем механический скелет «обшивался» биологическими мышцами, иннервированными органами чувств, и покрывался точнейшей имитацией кожи. На шестьдесят пять процентов андроид состоял из биологической ткани, специально выращиваемой в биотехнических лабораториях. Клетки искусственного организма нуждались в подпитке кислородом, белками, витаминами, минеральными солями, так же как и человеческие, поставляя энергию для кибернетического мозга.
Самой трудной задачей было соединить плоть и металл, заставить их работать вместе, не отторгая друг друга. Хиллиард добился этого. Его детищем стало полуживое-полумеханическое существо, уже не бывшее машиной, но приближающееся к человеку; обладающее эмоциями и разумом, в полном смысле этого слова. Мир признал эту работу, у Хиллиарда лежала в кармане Нобелевская премия, но он хотел большего. Он мечтал создать робота, способного работать везде – в вакууме, под водой, в любой атмосферной среде, под давлением в тысячи атмосфер. Нынешние синтетики могли многое, но не все.
Исследования Хиллиарда постепенно зашли в тупик, и вдруг на сцене появились эти существа – Чужие. Их невероятное, универсальное строение привлекло Хиллиарда как робототехника. В качестве биологического оружия Чужие его не слишком интересовали. Не то чтобы он был пацифистом, но использовать эти восхитительные создания для столь низменных целей ему претило. И так уже развитие вооружений достигло такого уровня, что изобрести что-то по-настоящему новое было просто невозможно. Хиллиард хотел использовать возможности Чужого в своих новых разработках, а если – бывают же чудеса на свете! – эти существа окажутся разумными, то ему, Рональду Хиллиарду, обеспечено место в истории человечества как первому установившему контакт с иной цивилизацией. Да, Чужие опасны, их поведение порой немотивированно, но они же
«…Хотя вряд ди такое получится, – подумал Хиллиард. – Из видеозаписей „Сулако" следует, что Чужие рассматривают любой другой биологический вид, в том числе людей, только как пищу или носителей своих эмбрионов».
