Человеком, которого ей сейчас больше всего хотелось бы видеть рядом, был Карим, но по дороге сюда она, как это ни печально, сказала ему, что предпочитает, чтобы они сегодня вечером держались друг от друга подальше. Уважая пожелание Лайлы, он сопровождал ее ровно столько, сколько нужно было, чтобы принести ей напиток, после чего тут же смешался с толпой. Сейчас, окинув взглядом забитый до отказа банкетный зал яхт-клуба, она заметила мужественное смуглое лицо Карима в окружении в основном белых гостей и пожалела, что они не встретились в другой период ее жизни. Да, Карим сказал ей, что будет ждать, но готов ли он ждать вечно? Вполне возможно, что появится какая-нибудь другая женщина, которая не упустит своего шанса быть с ним. Например, та же Крисси Элиот, которая и сейчас крутилась возле него. Миниатюрная блондинка, владелица магазина игрушек на Мейн-стрит, по прозвищу «Слоновий хобот», которая всегда ходила в джинсах и кроссовках, сегодня разоделась в пух и прах и на своих умопомрачительных шпильках выглядела так, будто была готова броситься Кариму в объятия у всех на глазах. Глядя на то, как она кладет свою ладонь ему на руку и слишком громко смеется в ответ на любое его слово, Лайла почувствовала приступ ревности. Если Карим до сих пор оставался неженатым, это, очевидно, объяснялось только его собственным желанием, думала она. Однако то, что он холостой, необязательно говорит о его воздержании. После той небольшой жаркой сцены в спальне Абигейл она легко могла представить его с любовницей. И если это будет не она…
При этой мысли внутри у нее неприятно кольнуло.
Что же касается ее личной популярности, то, если в городском обществе Лайла была своего рода парией, здесь, в Стоун-Харборе, она вызывала что-то вроде любопытства. Когда спустя какое-то время утихли первые сплетни, местная публика так и не определилась, как к ней относиться. Сталкиваясь с людьми во время покупок или при выполнении разных хозяйственных дел, она видела в их глазах смущение. Неужели это та самая богатая стерва, которую в свое время так поносила пресса? А где же все ее меха, драгоценности, тряпки от лучших дизайнеров? Она чувствовала, что жители городка не могут взять в толк, как человек из ее круга может пойти работать домоправительницей. Причем домоправительницей
Сейчас, кружась в толпе, знакомясь с людьми, с которыми она раньше не встречалась, и непринужденно болтая со знакомыми, Лайла чувствовала, что имеет не меньше прав находиться здесь, чем кто-либо другой. В конце концов она призналась себе, что это было приятное чувство — размять свои атрофировавшиеся социальные мышцы, одновременно давая отдохнуть старым призрачным страхам. Здесь ей не нужно было строить из себя кого-то другого… или извиняться за дурные поступки своего мужа. Она могла быть просто самой собой: хотите — принимайте, хотите — нет.
Это был ее первый выход в общество после переезда сюда, если не считать, что в городе она иногда ходила в кино или забегала куда-нибудь перекусить. И она также впервые была в яхт-клубе. Бродя вокруг и заглядывая в разные общедоступные помещения, Лайла была захвачена видом на гавань, который открывался из окон одной небольшой гостиной рядом с банкетным залом. Клуб располагался в месте, где река делала крутой изгиб, так что здание с трех сторон было окружено водой. Стоя у окна, высоко над заснеженной наклонной лужайкой, уходившей прямо к пристани для яхт, Лайла представляла, что находится на борту корабля, готового к отплытию. Пристань внизу выглядела пустынной, и только высокие мачты раскачивались на ветру, словно макушки деревьев в лишенном листвы лесу. Вдали по реке плыли уносимые невидимым темным течением льдины, похожие на бледные привидения, и натужно пыхтел буксир, оставляя за собой светящийся пенный след.
— Красиво, не так ли?
При звуке знакомого голоса Лайла резко обернулась. Когда она заходила сюда, в комнате никого не было. Должно быть, Кент проскользнул внутрь, пока она любовалась видом из окна. Теперь он стоял рядом с ней, держал в руке бокал и выглядел в своем костюме и галстуке более официально, чем она привыкла его видеть. К тому же он был красив; мягкие седеющие волосы прекрасно гармонировали с его серыми глазами. Она вспомнила о предупреждении, которое сегодня сделал ей брат, и почувствовала, как внутри разливается тепло.
— Очаровательное место, — согласилась Лайла.
— Но с воды смотрится еще лучше, — сказал он.
