Неимоверные усилия Турции, направленные на интеграцию в чуждую для себя среду обитания, достойный, на наш взгляд, самого пристального изучения. Отечество наше переживает как минимум три схожих обстоятельства: современная Россия, как и Турция, унаследовала участь величественной и уничтоженной империи; Россия, как и Турция, ментально очень далека от европейских моделей общественного устройства; наконец, Россия, как и Турция, предпринимает энергичные попытки интегрироваться в Европу и постоянно сталкивается с не менее энергичным противоборством.
Изучение турецкого урока мы проведем с учетом специфики нашего журнала - на примере могучего концерна Koсs Holding Anonim Sirket, ответственного за 14% всего валового продукта, который создал частный бизнес Турции. Империя семейства Коч настолько безмерна по экономическому размаху и универсальному проникновению во все мыслимые и немыслимые уголки национального быта, что впору говорить о синонимическом паритете в турецком языковом сознании слов «Баран» и «Олигарх» [63]: восьмидесятилетняя история, 119 консолидированных бизнесов, 14 тысяч авторизованных дилеров, 91 тысяча сотрудников, собственное производство пассажирских автомобилей, автобусов, тракторов, запчастей, продуктов питания, лампочек, холодильников, стиральных машин, бытовых обогревателей, розничная торговля, сети супермаркетов, шахты и электроэнергия, банки и гостиничные комплексы, туристические агентства, страховые компании, капитальное строительство, онлайн-порталы, интернет-магазины и 16 миллиардов долларов суммарного оборота - вот что такое «Коч».
Как же нужно постараться, чтобы вырастить такую неимоверную империю практически с нуля?! Ведь семейная легенда клянется и божится, что Koз Holding начался в 1917 году с малюсенькой продовольственной лавки, открытой 16-летним мальчиком по имени Вехби в бесконечно провинциальной деревне под названием Анкара. Попробуем разобраться.
Детство основатель империи «Коч» провел в сладостном тумане ортодок-сального небытия - традиционном уделе рядовых обитателей шестисотлетних империй. Не желая обременять историю лишними обстоятельствами, семейное предание даже не сохранило времени рождения Вехби: «Мой сынок появился на свет, когда созревал первый виноград», - блаженно вспоминала матушка Коч [64].
Анкара, в которой Вехби провел первые тридцать лет жизни, весьма наглядно отражала универсум всей империи Османов: хорошо образованный мальчик рано и с большим удивлением обнаружил, что зажиточные обитатели анатолийской глубинки не были турками! Все преуспевающие торговцы и купцы Анкары были греками, армянами и евреями. Турки же не столько сообразовывали свою жизнь с мусульманской религией, культивирующей пренебрежительное отношение к любому гешефту, сколько несли на плечах тяжкое бремя имперской государствообразующей нации: служили в армии, возделывали поля и заполняли вакансии государственных учреждений - от полицейских участков и больниц до тюрем и школ. «Еще одна неожиданная параллель!» - воскликнет проницательный читатель и окажется прав.
По непонятным причинам подобное положение дел мальчика Вехби не устраивало: свое имперское первородство он с великой охотой был готов обменять при любом удобном случае на материальное благополучие. К сожалению, 120 лир, выданных отцом Кочем сыну из семейных сбережений на открытие продовольственной лавки, не хватало для преодоления безжалостной мясорубки истории: в начале 20-х годов Великой империи было явно не до коммерции - она истекала кровью, тщетно пытаясь противостоять развалу.
Первая мировая война закончилась оккупацией Стамбула странами Антанты и расчленением Османской империи, закрепленным Севрским мирным договором от 10 августа 1920 года.
По иронии судьбы, физическое освобождение Турции оказалось напрямую связанным с освобождением от имперских амбиций. Турецкое национальное движение созвало в Анкаре Великое Национальное Собрание и декларировало символическую передачу власти от султана и его правительства народу. Идея наднациональной империи, объединенной исламским мессианизмом, была заменена идеей национального возрождения.
Мустафа Кемаль, избранный Великим Национальным Собранием первым президентом Турецкой республики (23 апреля 1920 года), денонсировал Севрский мир, возглавил национально-освободительную войну и после серии успешных военных операций (т. н. «греко-турецкая война», «франко-турецкая война» и «армяно-турецкая война») добился освобождения от оккупации, установления территории Турции в ее современных границах и международного признания (мирные соглашения в Москве, Анкаре, Александрополе, Карсе и Лозанне).
