В полном соответствии с предрассудками мистического идеализма, культивируемыми нами в «Чужих уроках», рискну предположить, что изначальный импульс, заложенный в «Монсанто», а именно - чувство чудовищной материальной неудовлетворенности отца-основателя - задал корпоративную мотивацию на последующие 106 лет жизни. «Деньги любой ценой!» - вот сублимированный девиз «Монсанто», в котором компания черпает энергию для беспрецедентной агрессии и экспансии. Девиз этот объясняет и удивительную легкость, с которой «Монсанто» без малейших колебаний и раздумий легко подписывается на самые, казалось бы, сомнительные в морально-этическом и нравственном отношении проекты: полихлорированные бифенилы - в 30-е, урановые исследования для Манхэттенского проекта - в 40-е, диоксиновые удобрения - в 50-е, «Агент Оранж» - в 60-е, и далее - со всеми остановками: бычий гормон роста, аспартам, генетически модифицированные соя и хлопчатник, система Roundup Ready, терминаторные сорта пшеницы, беспощадная война с мелкими независимыми фермерами и кампания по дискредитации органической пищи.
В 1904 году к сахарину, который «Монсанто» поставляла производителям прохладительных напитков, добавились кофеин с ванилином, а в 1917-м - аспирин. К этому времени годовой оборот «Монсанто» перевалил хорошо за миллион долларов, что позволило захватить доминирующее положение в выпуске самого модного лекарства XX века. Компания оставалась крупнейшим в США изготовителем аспирина до самой середины 80-х годов.
Закоренелые монсантоборцы любят напоминать возбужденной публике о том, что первый судебный иск «Монсанто» был вчинен уже на заре ее истории: в 1917 году правительство США обратилось в суд с требованием провести расследования безопасности сахарина для здоровья человека. Существуют, однако, весомые основания полагать, что этот факт иллюстрирует лишь помянутый шлейф ложных наветов, повсеместно преследующий компанию: информируя о судебном разбирательстве, почему-то забывают указать то обстоятельство, что иск был подан правительством по инициативе… самой «Монсанто», которая пыталась таким образом создать юридический прецедент для прекращения повсеместных слухов о канцерогенности сахарозаменителя. Пикантность судилища усугубляется еще и тем, что городская легенда о сахарине воспаляла воображение американцев аккурат в эпоху, когда ежедневное нюхание кокаина считалось непременным атрибутом принадлежности к прогрессивным и творческим слоям общества.
«Дело о сахарине» было закрыто в 1925 году за отсутствием доказательств, однако впоследствии неоднократно возобновлялось: самое обстоятельное разбирательство с привлечением лучших ученых умов Америки прошло в 1981 году, однако завершилось безрезультатно. В 2001 году со всех этикеток было удалено предупреждение о том, что сахарин может вызывать рак.
В начале 30-х компания, перешедшая к тому времени в руки Эдгара Куини, сына основателя, наладила производство полихлорированных бифенилов (PCB), которые широко применялись для изготовления смазочных материалов, гидравлических жидкостей, водостойких покрытий и герметиков. Вот уж канцероген так канцероген, отягощенный к тому же разрушительным действием на иммунную систему, умственное развитие и репродуктивную функцию человеческого организма!
«Монсанто» отважно производила PCB почти до самого объявления этой заразы вне закона (в 1979 году), успев перетравить миллионы жителей не только Иллинойса, где располагался крупнейший в мире завод по изготовлению PCB, но и сопредельных штатов. В 1982 году экологические замеры в поселке Таймз Бич, штат Миссури, продемонстрировали столь высокий уровень отравления диоксином, побочным продуктом производства PCB, что власти штата распорядились об экстренной эвакуации населения.
Сублимированный девиз («Деньги любой ценой!») обернулся для «Монсанто» аверсом лишь в начале нашего века, когда судебные инстанции удовлетворили серию коллективных исков к компании, поступивших от жителей города Аннистон, штат Алабама. Вердикт суда под стать масштабам отравления: 700 миллионов долларов компенсации!
В 40-е «Монсанто», уже входившая к тому времени в десятку крупнейших химических производителей Америки, активно подключилась к работам по изготовлению атомной бомбы. Компании доверили ведение «Дейтоновского проекта», а сотрудник «Монсанто» Чарльз Аллен Томас непосредственно возглавил лабораторию по созданию нейтронного генератора. Помимо этого, «Монсанто» получила в управление правительственную «Лабораторию Маунд», в которой вплоть до 1989 года занималась секретными разработками в области ядерных компонентов.
