Прошла, наверное, целая вечность перед тем, как он сдернул с меня плащ.
Я хотела поблагодарить за неожиданное спасение, но осеклась, увидев, как маг на меня смотрит. Он вовсе не уверен в моей невиновности; для того, чтобы это понять, не нужно обладать даром.
- Пойдём! – волшебник взял меня за руку и увлёк к трактиру. – Ты должна многое мне рассказать.
Ноги стали ватными, в горле пересохло. Так он передумал, решил отдать меня сыскарке?
Но нет, волшебнику нужна была лошадь.
По счастливой случайности мой пони оказался на прежнем месте – скорее всего, Летиция всё же не поняла, чей он, а, может, решила, что страх не позволит мне вернуться. Под тяжелым взглядом мага я забралась в седло и позволила заклинанию ограничить свободу моих передвижений.
За ближайшим поворотом я опять увидела Летицию: она рыскала по деревне, словно гончий пес в поисках зверя. Обернулась на стук копыт и, не заинтересовавшись (мой спутник магическим способом скрывал моё присутствие, моё и моего пони, так как сейчас мы были единым целым), отвернулась.
Ехали мы долго, и за всё это время маг не проронил ни слова.
Наконец показались крыши какого-то городка – как выяснилось позднее, пункта нашего назначения. Он был тихим, уютным, весной и летом, очевидно, утопавшим в зелени. Застряв на полпути между настоящим городом и деревней, городок производил самое благоприятное впечатление, даже несмотря на обгладывавших последнюю зелень на окраине коз. Но этим меня не удивишь: в подобных поселениях жители часто ведут подсобное хозяйство, это не Лайонг, тут всё намного проще.
Дом волшебника стоял на центральной улице города, окнами выходя к ратуше. Он не выделялся ничем особенным в череде прочих построек, не был ни богаче, ни наряднее, даже никакой таблички не видно – рядовой дом зажиточного горожанина. Безусловно, он был больше моего, что и не удивительно: кто я – и кто маг? Под окнами разбит сад, такой голый и сиротливый на фоне серого, хмурого, готового разродиться дождем, а то и мокрым снегом неба.
Разумеется, имелась и конюшня. А вот и конюх: стоит у ворот и поджидает хозяина. Скользнул по мне удивленным взглядом, но промолчал.
Только сейчас я задумалась о том, что так и не узнала имени своего спасителя. Да, именно спасителя, потому что, не будь его, цепкие ручки Летиции намертво вцепились бы в меня. Пусть он относится ко мне настороженно, пусть подозревает в чём-то, но на данный момент… Как же, всё-таки, хрупок этот момент! Не окажется ли моё спасение всего лишь отсрочкой приговора? Он ведь мне не друг… Но ещё и не враг. Был бы врагом, сразу бы отдал в руки правосудия.
И всё же мне нужно как-то его называть, не «сеньор маг» же!
Пока я собиралась с силами, чтобы узнать, как зовут волшебника, мы оказались во дворе. Бросив на меня предостерегающий взгляд из-под бровей, маг ослабил заклинание, вернув подвижность ногам и туловищу. Руки по-прежнему отказывались меня слушать.
Так как слезть с седла самостоятельно я не могла, ему пришлось снять меня.
В прихожей нас встретила кухарка мага – невысокая полная женщина с первой сединой в волосах. Она расплылась в улыбке: «Прощу к столу!». Интересно, а меня тоже, или меня втолкнут в кладовку и запрут на замок?
Волшебник проявил сострадание – снял заклятие с рук и разрешил сесть с ним за стол.
Мучимый в последние дни нервным недоеданием желудок в этот раз согласился принять немного пищи, добротной и сытной. Не было тут никаких кулинарных изысков, та же стряпня, что на постоялых дворах, только в разы вкуснее. И хлеб у волшебника изумительный, с корочкой. Я с удовольствием намазала толстый ломоть маслом и отправила в рот. Странное дело, хлеб был чуть ли не единственным продуктом, на который мои нервы не реагировали. Ту же курицу я жевала три часа, а с краюшкой расправилась за считанные минуты.
Дождавшись, пока я отставлю тарелку, маг распорядился принести мне чаю – «по особому рецепту». Меня это немного насторожило, - откуда я знаю, что это за рецепт? – но правом голоса я не обладала и, поблагодарив, мужественно отхлебнула коричневую жидкость. Всё оказалось не так страшно, как я предполагала: всего лишь смесь привозного настоящего чая с сухими травами и молоком. Не сказала бы, что вкусно, но пить можно.
После ужина, волшебник, не перемолвившийся во время трапезы со мной ни словом, взял меня за руку и отвёл в кабинет.
Чувствуя себя любопытным ребенком, но не в силах ничего с собой поделать, даже страх на время отступил, я вертела головой, рассматривая разнообразные вещички, расставленные на полках. Что это? Артефакты? А для чего тот матовый шарик из кварца? А на столе – карты? Не пасьянс же волшебник раскладывает в свободное от работы время!
Как разительно отличалась эта комната от кабинета Лэрзена, правда, последний я не особо разглядывала: ужас застилал глаза. Но, вроде, не было там таких красивых камушков, не весели на гвоздиках пучки трав, не скалилась со стены чья-то клыкастая морда. А тут было столько всего, даже слишком много.
- Садись! – наверное, это было первое слово, произнесенное им за последние часы.
