Если бы это помогло, я встала на колени, да я бы ноги ему целовала.
- Все преступники говорят то же самое, - скептически возразил маг. – Посиди, я спущусь к ним.
Сердце с грохотом упало в пятки, обдав волнами холода внутренности. Не в силах стоять на ногах, я сползла на пол и закрыла лицо руками. Плечи поникли; мысленно я уже видела себя на казённой соломенной подстилке.
Стоило ли бежать, стоило ли пытаться обхитрить судьбу, если конец был заранее предначертан? Воистину, кто я – и кто Наместник?
Но надежда умирает последней, поэтому, поборов минутную слабость, я взяла себя в руки, решив бить на жалость. Светлые маги обязаны помогать людям, у них доброе сердце – может, я сумею достучаться до него?
- Я согласна, чтобы вы при помощи магии проверили, виновна я или нет. Но, пожалуйста, не говорите пока солдатам, что я у вас. Если я преступница, то вы и без них легко сможете передать меня в руки властей, если же нет, не совершите фатальной ошибки.
Волшебник задумался, еще раз глянул в окно.
- Они уже в доме, - сообщил он и подошёл ко мне. – Встаньте с пола, сеньорита.
Я не могла: дрожали ноги. Сидела и смотрела на него глазами побитой собаки. Попыталась добавить взору очарования, вспоминая уроки матери. Если я и достучусь до его сердца, то только с помощью женских чар.
Видимо, я смотрела так, как надо: невинно, затравленно, с молчаливой мольбой, потому что маг смягчился:
- Хорошо, я подумаю. Но не надейтесь на мою помощь. Если аргументы будут серьёзны, я буду вынужден позволить этим господам забрать вас.
Я кивнула. Я прекрасно всё понимала.
Волшебник вышел, наложив на комнату заклятие. Как вскоре выяснилось, заклинание коснулось и меня, ограничив область моих передвижений метром туда – метром обратно: когда я попыталась подняться и подойти к окну, меня что-то мягко отбросило к креслу. Боится, что убегу. Боится, что я ведьма.
Минуты ожидания казались мне вечностью. С каждым глухим, будто набат, ударом сердца я попеременно умирала и рождалась заново. Наконец слух уловил скрип половиц под чьими-то быстрыми шагами. Я отчаянно пыталась понять, прогибаются ли они под тяжестью одного человека или отряда городской стражи.
Дверь отворилась, и на пороге появился волшебник. Сосредоточенно глядя перед собой, он решительно подошел к одной из полок, выудил из-под груды вещей странного вида скрепленные между собой браслеты с тончайшим рисунком из рун и такой же витой железный обруч.
- Что вы сказали им? – не выдержав, спросила я.
- Попросил подождать, - сухо бросил он. – Сказал, что у меня срочное дело. Вставай!
Я покорно встала, подспудно радуясь тому, что, во-первых, ноги меня слушаются, во-вторых, у меня появился шанс на спасение.
- Предупреждаю: если ты всё же ведьма, то раскаешься в своей лжи.
- Вы будете меня допрашивать? – наконец поняла я. Было страшно, страшно не от возможной боли, а от неизвестности: я понятия не имела, как проводятся магические допросы.
Маг кивнул и, подойдя, защёлкнул на моих запястьях браслеты. Зашипев, они медленно всосались в кожу, оставив на поверхности лишь тонкий рисунок рун. На мгновения запястья онемели, но неприятное ощущение быстро прошло. Покончив с браслетами, волшебник водрузил мне на голову обруч. С ним произошло то же, что и с браслетами, только вместо холода лоб покрылся испариной.
Убедившись, что всё готово для проведения допроса, колдун уселся в кресло напротив и пустил по моему телу лёгкую волну тепла. Она последовательно прошла от макушки до кончиков пальцев на ногах.
Я даже и не заметила, как потеряла способность двигаться, даже взгляд оказался зафиксирован на зрачках волшебника. Мастерски проделанная работа!
Наверное, в течение минуты маг молчал, просто внимательно изучал мои глаза, потом хрустнул костяшками пальцев, откинулся на спинку кресла и, позволив мне отвести взгляд, лениво спросил:
- Правдивы ли выдвинутые против тебя обвинения?
- Нет, - не раздумывая, ответила я.
- Занималась ли ты когда-нибудь тёмной магией?
Я опять ответила отрицательно.
- Связана ли ты каким-либо образом с поклоняющимися Тьхери?
- Да. Я обращалась за помощью к тёмному магу, просила защитить от преследователей. Я заплатила ему за защиту, и заклинание на агате, - я замялась, но решила сказать правду: раз договор не выполнен, то нечего и скрывать, - принадлежит ему.
- Понятно! – протянул волшебник. – Извини, я ошибся.
Он встал, провел пальцем по моему лбу – и стягивавший голову обруч материализовался в его руках. Сняв его и браслеты, маг щелчком пальцев отправил их обратно на полку и снова оставил меня в одиночестве дожидаться решения своей судьбы.
На этот раз меня не ограничили в свободе передвижений, и я смогла подойти к окну, взглянуть на пятна фонарей во дворе дома.
Тёмные фигуры, словно стервятники, сгрудились у входной двери. Вот она отворилась, протянув по земле косую полоску света, и выпустила какого-то человека. Он подошёл к группе людей, видимо, что-то сказал им, и солдаты ушли.
У меня отлегло от сердца.
