Все соперники уже словили к этому времени по несколько попаданий. Причем и враги стреляли по «Беспощадному» теперь не только картечью, но и болванками. Очень уж им хотелось если не захватить, то уничтожить ненавистного противника. На всех кораблях появлялись и тут же тушились пожары. Хотя, казалось бы, чему гореть на металлическом корабле… Но и горели, и теряли людей, и выходили из строя орудия. Но бой продолжался. На крейсерах оба герцога собрали самые отборные и закаленные экипажи, которых не смущали ни потери, ни превосходство противника в орудийном огне. А Инора и ее экипаж не могли отступить, зная, что они защищают. Так и молотили друг друга, пока к месту боя не прибыл «Стремительный». Десантно-штурмовой бот, предназначенный для боя под огнем, превосходил в защищенности любой крейсер. Поэтому Даан не стал придумывать никаких хитрых тактических схем, а сходу сблизился с одним из крейсеров. И просто начал расстреливать его картечью и болванками. Снеся артиллерию с одного борта и проредив абордажную команду противника, Энган пошел на абордаж. И опять тройки княжеских абордажников рванули на палубу вражеского крейсера. Поливая очередями из штурмовых винтовок, стреляя из однозарядных двухствольных пистолетов, а то и из револьверов, абордажники давили не ожидавших такого огненного ливня гвардейцев. Но отборные гвардейцы герцога не просто держались и отбивались от атаки, а попытались контратаковать. Тем более, что их было больше, чем абордажников Даана. И началась резня. В образовавшейся давке гранаты и винтовки применять было бесполезно, так что и стрелки взялись за мечи и кинжалы. Резались ожесточенно, но постепенно абордажники начали одолевать. Они старались действовать тройками и поддерживать друг друга, хотя в толпе это и не всегда удавалось. Гвардейцы же действовали вместе, но бились каждый индивидуально. Вот и сработало то самое правило превосходства регулярной армии над самым опытным иррегулярным войском, которое Наполеон сформулировал в свое время: «Один мамлюк может победить одного француза. Десять мамлюков и десять французов будут примерно равны по силам, а сто французов без сомнения победят сто мамлюков». В результате рукопашной гвардейцев разрезали на несколько отдельных отрядов, оттеснили к корме и рубке управления. После чего добили.
Как и в случае с анраном, трюмы закидали свето-шумовыми гранатами, а потом зачистили. Пока Даан захватывал один крейсер, Инора билась со вторым. Абордажников у нее на крейсере было мало, а в ходе боя они еще и заменяли выбывших из строя артиллеристов. Поэтому идти на абордаж Инора не рискнула. Используя превосходство «Беспощадного» в скорости она просто удерживала санран противника на удалении, достаточном для ведения огня собственных пушек крейсера. Стреляли сначала фугасами. А потом били по корпусу болванками, стараясь не разбить силовую установку. В результате избитый до потери управления крейсерпротивника просто завис в воздухе. После чего Инора аккуратно подвела к нему «Беспощадный» и высадила небольшой призовой отряд. А затем вместе с подошедшей «Утренней звездой» и освободившимся после абордажа «Стремительным», «Беспощадный» на полной скорости полетел к ведущему бой наземному отряду.
Воздушная эскадра подоспела вовремя, послужив дополнительным аргументом в бою против наземной экспедиционной армии коалиции.
Война закончилась, но у княжества теперь прибавилось забот. Требовалось разместить пленных, договориться об их выкупе и о репарациях с проигравших герцогов. Кроме того, нужно было разобраться, откуда появилась идея коалиции и почему в войну столь активно вмешались налахцы.
— Черт побери, парни, — возмущался Анатолий, когда тройка попаданцев осталась наедине в перерыве между очередными совещаниями. — Я на такое не подписывался! Давайте понемногу перевалить всю эта муть на местных. В конце концов, мы сюда за приключениями попадали, а не для работы сановниками!
— Ага, а еще недавно кто тут про княжество распинался, — угрюмо огрызнулся Андрей. — Теперь задний ход уже не дашь, мы в ответе за тех, кого приручили.
— А Толя прав, — неожиданно поддержал Анатолия Борис. — Сколько можно…
— Борис, ты не прав, — ответил цитатой из забытой речи забытого советского политика Андрей. — Сами вызвались, теперь что? Бросим?
— Зачем бросать, — сделал удивлённое лицо Боря. — Просто действительно пора больше на аборигенов грузить. А то скоро без нас и время включения уличных фонарей никто установить не сможет, — ответил он отсылкой к фантастической повести о силайских яблоках.
— Черт, а может точно машину такую управляющую сделать? — пошутил Анатолий и тут же рванул от стремящихся доказать ему тумаками его заблуждение друзей…
