Обратная поездка домой показалась мне очень долгой. К счастью, соседнее место оказалось незанятым, так что я смогла тихонько сидеть, смотреть в окно и думать о том, что произошло со времени моего последнего визита в Лондон. Было приятно поговорить с управляющей, но это заставило меня осознать, в каком я теперь оказалась одиночестве. Если вмешивать полицию, то Джо тотчас же все узнает. Мне очень хотелось поговорить с Кейтлин, но она уехала навестить Бена, к тому же она могла рассказать все Джо. И маме я ничего говорить не могла. Я вздрогнула. Я и вообразить не смела, как она отреагирует, если бы я ей все вложила.
Я ехала домой с вокзала, чувствуя себя вымотанной до предела. Мне отчаянно хотелось знать, чего же добивается Дэвид, но вместе с тем я этого боялась. Какая-то часть меня подумывала позвонить Джо и все ему рассказать, пока он далеко, в Ирландии. Подобные вещи – не для телефонного разговора, но как можно было такое рассказывать, глядя в глаза? У меня сжало горло, когда я подумала о видео, где сказала, что мне не надо было за него выходить. Нельзя допустить, чтобы он это услышал. Время от времени каждого выводит из себя его вторая половина, но в нормальной ситуации я бы не смогла о нем такого наговорить.
Когда я доехала до дома, я чувствовала себя такой вымотанной, что не знала, что с собой делать. Я открыла входную дверь и замерла на пороге.
В доме пахло совсем по-другому, в воздухе витал аромат лимона, который заставил бы Джо потянуться к ингалятору, будь он здесь. И тут я увидела на тумбочке в прихожей запасной ключ и счет, и вспомнила, что тут побывали уборщицы.
Я прошлась из комнаты в комнату, открывая окна, чтобы избавиться от запаха, и одновременно восхищаясь тем, как хорошо выглядело все вокруг. Дом вычистили и вымыли гораздо лучше, чем бы это сделали мы с Джо. Кухня сияла чистотой, в посудомоечной машине – ничего. В спальнях привели в порядок все шкафы и ящики, чистое белье убрали.
Вот бы мне в мужья кого-нибудь из этих уборщиц. Я взглянула на счет и побледнела. Я просила их делать все, что нужно, они все сделали, и сумма вышла внушительная. Но еще раз окинув взглядом вылизанную кухню, идеальную гостиную и вазы на подоконниках с цветами из сада, я поняла, что уборка того стоила.
Запищал телефон – сообщение от Джо. Он прислал фотографию, сделанную его братом. На ней – Джо в шезлонге с бокалом пива и огромной тарелкой с бутербродами, а на заднем плане – его мама и Рори играют в теннис.
Как жизнь? Мы по тебе скучаем. Ждем не дождемся, когда снова тебя увидим
Я тоже жду не дождусь.
Заперев двери и наскоро перекусив, я отправилась спать. Как же хорошо видеть чисто прибранный дом, словно тебе сделали хороший подарок. Я забралась под свежевыстиранное одеяло и позвонила Джо и Рори из кровати. Рори тоже уже улегся и рассказывал мне все, что сделал и собирается сделать. Казалось странным ложиться спать в одно и то же время с трехлетним сыном, но одновременно было замечательно предвкушать долгий и крепкий сон. Я включила лампы, хотя еще даже не совсем стемнело, потом устроилась поудобнее с электронной книгой в руках. Я послала Люси сообщение, что утром выйду на работу, поставила будильник на семь часов и вскоре уснула.
Я проснулась на рассвете от какого-то жуткого толчка. Сердце у меня колотилось, и пару секунд я не могла понять, где я нахожусь. Это был не сон, это как будто бы во мне всплывали воспоминания, пока я спала.
Я вспомнила, что включила в номере лампы, прежде чем спуститься в бар, чтобы не возвращаться в темноту. Это я четко помнила. Каждая лампа стояла на встроенной прикроватной тумбочке по обе стороны кровати и включалась посеребренными цепочками. Я ясно помнила движение – как я наклонялась к лампам и тянула за цепочки. Одну из них заклинило, и мне пришлось придержать лампу, чтобы дернуть порезче. Основной выключатель рядом с дверью отвечал только за верхний свет. Я снова обратила на это внимание, когда вчера мне показывали номер.
Когда я проснулась тем июньским утром в гостиничной кровати с диким похмельем и страшенной жаждой, которой я в жизни не испытывала, обе лампы были выключены. Я их не выключала. Я бы никогда такого не сделала. Это единственное, на что я никогда не решусь. Я просто не могу спать в темноте, где бы я ни находилась. К этому Джо и Рори пришлось привыкать, хотя, разумеется, я никогда не рассказывала Рори истинной причины.
Я оглядела комнату. Горели две прикроватные лампы, и дверь в соседнюю со спальней ванную была приоткрыта: я всегда оставляла там включенной лампочку над зеркалом. На пороге за входной дверью свет горел всю ночь, хотя я спала за всеми замками, когда Рори не было дома.
Так было всегда. Так должно было быть.
На следующее утро на работе мне было трудно делать вид, что все в порядке.
– У вас усталый вид, – заметила Рейчел, как только вошла в офис. – У вашей мамы все нормально?
