— Погоди. За ночь я кое-что просчитал… Если мы просто сорвем сегодняшнее мероприятие, ничего не изменится — они проведут его послезавтра или через неделю. Мы ведь не собираемся остаться на Манокаре и присматривать тут за порядком? Значит, мы должны запугать их настолько, чтобы эта традиция исчезла, чтобы одно упоминание о Дне ответственности вызывало у них панику.
— Так и сделаем.
— Задержимся еще на полчаса. — Черная Вдова протестующе нахмурилась, но Стив договорил: — Усвоишь кое-какую рабочую информацию.
Холл на втором этаже не имел ничего общего с тем чистеньким помещением, которое Тина видела три дня назад, когда Лиргисо разрешил ей прогуляться по вилле в сопровождении «цербера». Белые оштукатуренные стены обезображены дырками от пуль и темными рубцами. Паркет, совсем недавно до блеска отполированный, изрыт оспинами, покрыт слоем белесой пыли. Лампа, опоясывающая потолок по периметру, монотонно гудит и мигает, заливая нервным светом баррикаду перед входом в коридор. В воздухе плавает, не желая оседать на пол, мельчайшая взвесь штукатурки.
На баррикаду пошла вся мебель, какая нашлась в комнатах и в холле. Тина сидела за ней скорчившись и сквозь прицел армейского «кермара» смотрела на дверной проем напротив.
Темный прямоугольник на полу посреди холла — бронированная дверь, установленная после первого налета рабочими из филиала «Кристалона». Осаждающие сначала пытались ее выбить, потом догадались подорвать. Взрывной волной дверь швырнуло вперед, однако до баррикады она не долетела.
Круглые окровавленные предметы. Можно подумать, что это просто шлемы — если не рассматривать их, если сосредоточиться на проеме. Это и есть шлемы, только с отрезанными человеческими головами внутри. Залитое кровью лицо одного из охранников Тина узнала. Люди рахад забросили их в холл, рассчитывая запугать противника, но Тина после этой демонстрации почувствовала, что начинает звереть. Раньше она просто отстреливалась, выполняла тактическую задачу — оттянуть на себя внимание атакующих, чтобы дать Лиргисо возможность выбраться наружу, захватить аэрокар и вернуться за ней (насчет последнего пункта у Тины чем дальше, тем больше крепли сомнения, хотя Лиргисо клятвенно уверял, что не бросит ее). А теперь она азартно ловила в перекрестье прицела все, что шевелилось за проемом, и била на поражение. Реакция у нее в этом теле не такая плохая, как она опасалась. Судя по выкрикам на лестничной площадке, уже удалось кого-то подстрелить.
…После того как она пинком разбудила Лиргисо, тот встал, распахнул дверцу стенного шкафчика — с таким выражением на лице, словно являлся средоточием всех страданий во Вселенной, — извлек аптечку и проглотил сразу несколько цветных капсул. Скорбно пробормотал: «Фласс, какая же будет ломка…» Потом уже вполне осмысленно посмотрел на Тину и спросил, что случилось.
Тина вкратце изложила факты. Про Анатолиди сказала, что он попал в руки к бандитам и те используют его как посредника. Возможно, так оно и есть. Ей казалось маловероятным, чтобы граф сам разыскал людей рахад и предложил им союз, лишь бы отомстить наглому покупателю виллы, а Лиргисо наверняка захочет расквитаться, если заподозрит злой умысел.
Лиргисо схватил со столика оба пульта и отдал какие-то команды. Индикатор робота-сейфа снова стал голубым; в соседней комнате завозился вырванный из транса Амеик — обнаружил, что охраняемый объект исчез, и запаниковал. Спустя три-четыре секунды он появился на пороге, зафиксировал присутствие Тины, успокоился. Лиргисо тем временем оделся, рассовал по внутренним карманам бронекостюма документы и деньги из сейфа, передатчик, свой черный в алмазной пыли комп, пристегнул к поясу рядом с кобурой аптечку. Все это в бешеном темпе — стимуляторы начали действовать. За стенами послышались вопли, шум: очнулась сторожевая автоматика.
Никто из охраны на вызов не отвечал, передатчики не работали, терминалы тоже не работали — осталась только кабельная связь внутри виллы. На миниатюрных экранчиках пультов сменяли друг друга какие-то данные. Губы Лиргисо зло сжались в линию, на скулах рельефно проступили желваки. Амеик и робот-сейф чувствовали себя неважно, их индикаторы становились то оранжевыми, то голубыми. Во время очередного «голубого» промежутка Лиргисо присел перед сейфом, открыл дверцу нижнего, более вместительного отделения и спросил через плечо:
— Тина, какое оружие ты предпочитаешь? «То, из которого можно тебя пристрелить» — это будет эффектный ответ, но неуместный. Что тебе нужно для боя?
— А что у тебя есть?
— Смотри. — Он отодвинулся, позволяя ей заглянуть в оружейный сейф.
— «Кермар».
— И ты его поднимешь?
Удивленная ироничная мина. Даже сейчас Лиргисо не мог обойтись без своих обычных ужимок.
— Поднять-то подниму, но на весу долго не удержу, — холодно ответила Тина. — Давай тогда что-нибудь полегче. Бластер Заммера подойдет, у него боезапас большой.
Армейский «кермар» весит пятнадцать кило. Раньше Тина могла перебрасывать его из руки в руку, стрелять от бедра или на бегу… Раньше.
