— Бери бластер. «Кермар» тоже пригодится, установим на распорках.
Похоже, что людей рахад пришло много, целая армия. Они несли потери, зато и сторожевых роботов выводили из строя одного за другим с помощью кумулятивных снарядов. Глушилка тоже продолжала работать. Лиргисо попытался ее пережечь, но потом процедил, что сможет это сделать, только если ее увидит. Робот-сейф окончательно впал в ступор, однако «цербер», с его заэкранированными резервными блоками, все еще сохранял способность к активным действиям. С его помощью Лиргисо и Тина соорудили в холле баррикаду, спрятав под нагромождением мебели «кермар». Дверь гудела, как гонг, возвещающий о наступлении Судного дня. Или там был не гонг, а что-то другое?
Лиргисо сказал, что переберется на первый этаж через аварийный люк, соединяющий верхнюю и нижнюю ванные комнаты, найдет аэрокар и вернется за Тиной. Сейчас он ее с собой не берет, чтобы не подвергать лишнему риску. Главное, чтобы она продержалась до его возвращения и отвлекла бандитов.
Именно этим Тина и занималась. Амеик то присоединялся к ней, то патрулировал территорию — проверял, не пытается ли кто-нибудь взломать запертый стальной люк, через который ушел Лиргисо, или бронированные ставни на окнах. Все чаще он проваливался в оранжевую летаргию и застывал на месте, но потом его единственный глаз опять наливался голубым цветом. «Кермар» мог стрелять одиночными зарядами либо очередями, короткими и длинными. Тина контролировала ощеренный неровными краями дверной проем, и пока что люди рахад прорваться не могли. Ничья. Время от времени Тина включала плеер, который лежал рядом на полу, и в холле звучал голос Лиргисо — достаточно громко, чтобы за проемом услышали. Гранат мстители не бросали: хотели взять Лиргисо живым.
В его возвращение Тина не очень-то верила — скорее всего, он уже смылся. Не имеет значения. Дралась она не за Лиргисо, а за себя. Так получилось, что противник у них общий, а все остальное не имеет значения. Мир сузился до размеров холла с баррикадой и дверного проема напротив, больше в нем ничего не осталось.
Посторонний звук. Лязг позади, в коридоре. Тина оторвалась от прицела «кермара», выхватила из кобуры бластер и обернулась. Ставни на ближайшем окне медленно раздвигались. «Цербер» бездействовал, словно так и надо — значит, получил сигнал от хозяина. Первой реакцией Тины было безмерное удивление. Хотя чему тут удивляться… Для Лиргисо она — единственное связующее звено с его лярнийским прошлым, с ней он может быть самим собой, а не Крисом Мерлеем. Ради этого стоило рискнуть.
Упал на пол и раскололся вырезанный стеклянный овал.
— Тина, сюда! — крикнул Лиргисо. — Амеик, щиты! Прикрой Тину!
Тина дала напоследок длинную очередь по проему и бросилась, пригибаясь, в коридор. Аэрокар завис вплотную к окну. Не разобрать, что за марка.
Тонкий, на грани ультразвука, свист. «Цербер» рванулся обратно в холл, навстречу свистящей смерти. Он принял удар на себя, и все равно Тину швырнуло на пол. Что-то тяжело стукнуло ее по плечу, отскочило в сторону. Оторванный манипулятор Амеика.
— Тина!
Крик Лиргисо, вслед за ним грохот. Не вставая, Тина перевернулась на бок, оглянулась. Лиргисо высунулся из кабины и смотрел в сторону холла — а там было на что посмотреть. Баррикада ползла к проему, оставляя на припудренном штукатуркой паркете размазанный след, словно ее толкал невидимый бульдозер. Уже возле самого проема она вспыхнула, затрещали в огне стулья, от горящего синтелона повалил удушливый белый дым — и все это обрушилось на тех, кто засел на лестничной клетке. Там закричали. Боевые роботы — это в порядке вещей, но люди рахад не ожидали, что их атакует охваченная пламенем взбесившаяся мебель. Что-то взрывалось — видимо, неизрасходованный боезапас «кермара». Потом раздался более мощный взрыв, пол под Тиной вздрогнул.
— Тина, ты жива? Лезь сюда, быстро!
Тело опять не желало повиноваться ей. Тина подползла к окну, ухватилась за подоконник. Лиргисо втащил ее в кабину. Она успела заметить разбросанные по всему коридору манипуляторы, куски сулламьего корпуса и мертвые электронные блоки Амеика. Дверца машины задвинулась.
— Ты не ранена?
— Нет. Меня оглушило… Пройдет.
Застегнуть страховочные ремни Тина сумела самостоятельно. Ей хотелось избить это слабое, ненадежное тело, в любой момент готовое подвести. Удар взрывной волной — это еще не повод, чтобы руки и ноги еле двигались. Раньше она приходила в себя после таких ударов за считанные секунды.
Четырехместная кабина была отделана темным люминогласом и полированным деревом. Видимо, это один из аэрокаров «Кристалона». Слева от кресла — бортовой медавтомат, но он ведь не для киборгов, для людей… Ну да, для людей! А она теперь кто?
Тина дотянулась и включила автомат, получив вскоре перечень ушибов (целых три, хотя боли она не ощущала) и дозу какого-то общеукрепляющего лекарства.
